— Ваше Королевство — прекрасный плацдарм для вторжения в империю. Следующим летом армия должна отбыть из здешних портов и высадиться на северном побережье Альпиры. Одновременно другая армия такой же численности атакует их южные границы. И вековая мечта воларского народа наконец-то осуществится. — Женщина едва заметно искривила губы в усмешке. — Прошу прощения, ваше высочество, но я должна сказать, что наше вторжение сюда — лишь дебютный ход в большой игре.
— Понятно, — задумчиво протянула Лирна. — В игре, которую закончу я, когда сожгу Воларию.
* * *Вечером во дворце было устроено некое подобие пиршества. Осада не затянулась, и в столице Кумбраэля оставалось немало припасов. Длинный парадный стол в главном зале был обильно заставлен едой и вином, которое оказалось на редкость неплохим.
— Оно из личных подвалов моего дяди, — пояснила Рива. — Правда, бóльшую часть я уже раздала горожанам.
Они стояли в саду, у открытого окна в зал. Илтис и Бентен отошли на дюжину шагов в сторону. Азраэлинка — судя по всему, советница покойного владыки фьефа, как, впрочем, и нынешней его правительницы, — стояла у окна внутри.
Вся ее поза и выражение лица были подчеркнуто безразличными, однако она не сводила блестящих глаз с двух женщин.
— Госпожа не любит вино? — спросила Лирна правительницу, повернувшись спиной к испытующему взору советницы.
— Ой, просто терпеть не могу! — смущенно улыбнулась Рива."
"Она держалась скованно, сцепив руки. Девушка то и дело забывала обращаться к королеве как подобает: было совершенно ясно, что она не имеет ни малейшего представления о дворцовом этикете.
Впрочем, Лирна обнаружила, что все это ее совершенно не волнует.
— Между тем ваш дядюшка был большим знатоком вин, насколько мне помнится, — заметила королева. — Ему достаточно было вдохнуть аромат напитка, и он тут же мог назвать год закладки, виноградник и даже положение склона, на котором произрастал виноград.
— Пьяница он был, вот и весь сказ. Но все равно он — мой дядя, и я ужасно по нему скучаю.
— Особенно в такой вечер, как этот, наверное.
— Не, я к таким вечерам… — Рива хихикнула. — Ну, не привыкла, что ли. — Девушка внезапно нахмурилась и добавила: — Э-э-э… ваше высочество. Извините.
Лирна улыбнулась самым краешком рта и оглянулась на окно, за которым продолжался пир. Особой радости не ощущалось, гости тихо беседовали, подавленные воспоминаниями о недавней кончине близких. Тем не менее о вине никто не забывал, особенно Норта Аль-Сендаль.
