Илтис в упор взглянул на него:
— Только вякни кому, я тебе ночью голову откручу.
Человек кивнул и пододвинулся ближе. Он выглядел крепким, хотя и не таким, как Илтис. Квадратная челюсть и многочисленные шрамы на лице выдавали либо преступника, либо солдата.
— Снимите с меня эти цепи, — проговорил он, — и я голыми руками разорву глотки дюжине этих уродов.
«Значит, преступник», — решила Лирна.
Несколько мгновений Илтис молча вглядывался в полное решимости лицо громилы, затем повернулся к Лирне.
— Ты придумала, как добыть ключ у надсмотрщика?
«Нет».
— Да. Но придется набраться терпения. Подождать подходящего момента. А пока потихоньку поговорить с соседями, предупредить, чтобы держались начеку.
— Откуда нам известно, кому здесь можно доверять, а кому нет? — заметил Илтис. — Кто-нибудь может нас предать в надежде на освобождение или хотя бы на лучшую долю.
— У нас нет выбора, — твердо отрезала Лирна, оглянувшись на Фермина. Тот уже повернулся к ним спиной, но она видела, как сжимаются его кулаки.
— Доверие — это всегда риск.
* * *Весть о предстоящем бунте передавалась от пленника к пленнику. По цепочке задавались вопросы и пересказывались ответы. Люди боялись, но никто, кроме Фермина, не отказался — и никто не донес надсмотрщику. «Свобода все еще живет в их сердцах, — думала Лирна. — Они пока не превратились в рабов».
Лирна сумела задать пару вопросов тоненькой девушке, которую постоянно таскали наверх: сколько человек в команде? все ли они вооружены? В следующий раз, когда ее повели к трапу, волосы больше не закрывали ее лицо, а в глазах были не только слезы, но и решимость.
Вернувшись в трюм, она сообщила: в команде тридцать человек, кроме того — пятнадцать охранников, они посменно по пять человек сидят у входа в трюм.
Дождавшись, когда Илтис уснет, Лирна снова попыталась завязать разговор с Фермином. Тот сидел вполоборота к ней. Прикрыв глаза и нахмурившись, парень словно бы прислушивался к далекому звуку. Лирна тоже вслушалась и уловила едва заметный протяжный рев.
— Киты поют, — произнесла она.
— Скоро закончат, — пояснил Фермин, приподняв бровь. Его губы тронула мрачная усмешка.
И действительно, песнь резко оборвалась, и по судну, вибрируя, прокатилось эхо сильного удара.
— Красные акулы, — сказал Фермин. — Вечно голодные красные акулы.
— Ты можешь чувствовать их голод?
Парень повернулся к ней, его лицо вновь сделалось непроницаемым.
— Брось, я знаю, кто ты, — продолжила Лирна. — Ты — заклинатель зверей.
