Нужно выяснить, как там этот мальчик, Олег. Много раз она слышала о нем от Геннадия, но не знала его до сегодняшнего утра, когда она вошла в ту квартирку и увидела его, лежащего в горячке, среди осколков прежней жизни. Полированный комод и шкаф были явно из спальни — видимо, принадлежали матери, как и столик, и кресло, и картина с морским пейзажем на стене. И тяжелые шторы, которыми он отгородился от всего мира, тоже были из той, прежней, его жизни. И все эти вещи, которыми он себя окружил, помогали ему удержать равновесие, не упасть.
Потому что из его жизни ушли все, кого он любил, так рано ушли. И пусть он триста раз взрослый — ну, какой он взрослый, двадцать семь лет, мальчишка еще! Нервный, закрытый, как многие талантливые люди, и оставшийся совершенно один. Он тосковал по умершей матери, но не мог это выразить иначе, нежели окружить себя ее вещами, и боль его все не унималась.
А теперь он сгорает в больнице, и кто знает, чем все для него закончится.
— Ну уж нет!
Она знает, что завтра сварит крепкий бульон с кореньями и поедет в больницу, и пусть она будет выглядеть назойливой, выжившей из ума старухой, но бульон этот заставит парня выпить во что бы то ни стало.
Он же не виноват, что у него больше нет матери, которая позаботилась бы о нем. И девушки, видимо, тоже нет. Ну, это понятно — они с Геннадием так заняты, что им не до девушек.
На столике в гостиной зазвонил телефон — это Наташа оставила трубку. Дочь о чем-то болтала с Геннадием, а позвонил ей коллега из больницы.
Диана Викторовна отнесла ей сотовый, и Наташа, взглянув на экран, сразу же схватила телефон.
— Да, Саша. Что?!
Лицо ее побледнело, глаза стали несчастными, и Диана Викторовна поняла, что стряслось нечто очень плохое. Генка не видит Наташиного лица, а она видит. Неужели…
— Что, Наташа?
Она обернулась и посмотрела на Генку испуганными глазами.
— У него сердце остановилось. — Наташа положила сотовый и села на табурет, глядя на Генку и мать немного растерянно. — Полчаса назад остановилось сердце, и…
— Он умер?!
Генка беспомощно опустил руки.
Умер Олег. Умер весной, от гриппа, и…
— Нет. — Наташа вздохнула. — Сердце запустили, но Саша говорит, что шансов у него мало.
— Но они есть! — Диана Викторовна не намерена была сдаваться. — И это же хорошо, что его вовремя отвезли в больницу, там врачи сразу бросились на помощь, запустили сердце, а если бы это случилось дома, он бы сейчас уже был мертв, а так его вытащат, вот увидите.
