– Вы желали меня видеть?
– Да, – женщина протянула руку с девическим браслетом на запястье. – Магда, оставь нас.
Памятная по Агмштадту темнобровая камеристка присела и неспешно удалилась. Ли не исключал, что ей было велено вбежать по сигналу, но что послужит таковым? Звук, погасшие свечи, или Урфрида предпочла рассчитать представление до минуты и назначить время заранее?
– Садитесь, граф, – встречи с бывшими любовниками ищут, либо имея на руках козыри, либо так полагая. – Когда вам придется меня покинуть ради неотложного дела?
– Обычно срочность нападает без предупреждения, однако, если ничего не случится, к пяти прибудет барон Райнштайнер.
– Значит, сейчас вы свободны?
– Скорее да, чем нет.
– Странно, на вас это не похоже.
– Сударыня, в городе находятся регент и кардинал.
– Тем более. Я видела обоих, а с его высокопреосвященством еще и путешествовала. На первый взгляд они несхожи, но дальше войны не видят оба, а война кончается, по крайней мере – наша. Распри в Дриксен и на берегах Померанцевого моря нам выгодны, но вмешательства не требуют, к тому же в Талиге есть дипломаты.
Само собой, вслух вы со мной не согласитесь, но мне этого и не нужно.
– В таком случае что вам нужно? – Нет, она не походит на покойного дядю, она походит на бабку и на… Сильвестра.
– Я хочу объясниться, Лионель. Полагаю, вы поняли, что моя ссора с принцессой Мекчеи была военной хитростью.
– Вот как?
– Вы сочли возможным удивиться?
– Утратить способность удивляться довольно-таки неприятно.
– Разучиться удивлять неприятней. Я, господин Проэмперадор, намерена вас удивить. Не скажу, что наш разговор доставляет мне удовольствие, однако он необходим. Я буду вынуждена довольно долго говорить, это тоже необходимо, иначе вы приметесь искать повсюду моих шпионов, а их нет.
– Удачно, что скоро подадут напитки.
– Да, хотя я всегда могу вызвать Магду. Сударь, я открылась вашей матери. Она знает о моих намерениях и, кажется, не имеет ничего против.
А вот на это бы хотелось бы глянуть хоть бы и в замочную скважину! Мать почти наверняка сощурилась, но этого явно мало, она сделала что-то еще. Предложила орешки? Расправила манжет? Тронула мизинцем одно из яблок? Фрида шла за поощрением, как ей мнилось, будущей свекрови, для истолкования в таких случаях хватает любой мелочи.
– Вы не знаете, что отвечать?
– Мне нечего отвечать, ведь я ничего не услышал.
– Сейчас услышите. Женщины догадливее мужчин.
