«ИМПЕРАТРИЦА» («ХОЗЯЙКА»)[7]
Счастье любви заключается в том, чтобы любить; люди счастливее, когда сами испытывают страсть, чем когда ее внушают.
Франсуа де ЛарошфукоГлава 1
Акона
1 год К. Вт. 9-й день Зимних Волн
1Потеряв из восьми слитков золота семь, из четверых сыновей – троих, утратив дом и жену, воздай хвалу судьбе, что не лишился всего. Заработай золото, купи дом, введи в него уцелевшего сына, найди себе достойную жену, а после воздай хвалу Кабиоху и сынам его»… Мэллит помнила эти наставления, но не принимала их сердцем, пусть они и были мудры.
Судьба смилостивилась над ничтожной, даровав взамен беды счастье и взамен грязи – не знающие тленья цветы, но как благодарить за себя, помня, что Роскошная лишилась Курта, а первородный Робер – капитана Карваля и любимой?
Не могла гоганни воздать хвалу и за подругу, пусть та и отринула мысль о дикой Кагете. Нареченный Хайнрихом жил ближе коварного Бааты и вызывал уважение, но представлять Сэль в его объятиях было больно.
Что делать, Мэллит не знала. Регент и первородный Ли одобрили странный выбор, но почему? Что сказала Сэль, что ей ответили и как обойти невозможное, упросив дождь вернуться в облако, а реку – к истоку?
Гоганни не находила себе места. Уничтожить грозящее полковнику Придду зло оказалось проще, чем спасти подругу от нее самой. Отменить свадьбу мог бы регент, но любовь к Монсеньору монсеньоров и стала источником горя Сэль.
Вновь ворваться – нет, не к любимому – к Проэмперадору и убедить вмешаться? Но что ждет встающих между клятвой на крови и ее исполнением? Нет, чужой запрет и сила сейчас не спасут, только воля самой Сэль. Ничтожная не сумела найти нужных слов, но это не значит, что их нет вообще! Нужно искать и доводы, и того, кого подруга станет слушать. Достославных в Талиге нет, а хоть бы и были? Мэллит слово и воля Кабиоховы не остановили и не утешили, а подруга еще и слишком многое видела, она не ценит книжной мудрости, только людей.
"
"Герард успокоился, едва узнав, что Монсеньор монсеньоров дал согласие на брак, а мать Сэль гостит в Озерном замке, и с дочерью ее разделяют бесконечные снега. Остается Царственная и… нареченный Рупертом! Истинная любовь обуздает обреченность, словно норовистого коня, а тревожные вести родичу кесаря отвезет добрый Юхан.
