Тем не менее возвращаться в Васспард меня не тянет, я все больше понимаю Ирэну и все меньше хочу окончить свою жизнь в родовом замке.
– Можешь окончить у нас. – Нету шадди – пей вино, под него думается не хуже, по крайней мере сначала. – Нам не жалко!
– Ро… – мать, словно подслушав мысли, поднесла к губам бокал, – Робер Эпинэ собирается жить в покинутом при маршале Рене замке. Почему бы вам не поступить так же, у вас ведь несколько поместий.
– Считая с тем, что возле Олларии, девять. Признаться, я уже думал о Гирке, но теперь полагаю, что сперва следует прояснить вопрос с прибрежной церковью.
Сударыня, вы обещали рассказать, почему она вас так заинтересовала.
– Будет лучше, если мы выскажемся все, причем начинать вам, Валентин."
"– Извольте. Разумеется, после вашего намека я освежил в памяти все, что связывает наши владения с правлением Лорио Слабого. Самое впечатляющее – это, конечно, смерть короля в ныне не существующей Новой Придде.
– До этого дойдет, но сейчас нам нужны более ранние события.
– Как скажете. Максимилиан, последний из Пенья и первый из герцогов Придд, умер четырьмя годами прежде короля. Подозревали отравление, тем более что вместе с герцогом скончались два его старших сына. Младший, Юстиниан, в это время находился в Бергмарк, что, видимо, его и спасло.
– Герцог Юстиниан прожил девяносто два года, – негромко и с расстановкой произнесла мать. Она смотрела на пламя свечи сквозь вино. Так часто делал Рокэ.
– Он пережил сыновей и внуков, – Валентин тоже говорил тихо, – титул перешел к правнуку.
Вместе с новым гербом.
– Легенду о мести спрута я знаю, а вот знаете ли вы алатские сказки?
– Лишь те, которые упоминал монсеньор Лионель. Он рассказал нам с Ирэной о темной воде и о том, как алатские ведьмы поднимают мертвецов.
– Сказок в Черной Алати много больше, и некоторые неплохо увязываются с нашими поисками, но сперва займемся политикой. Дидерих, в котором я искала намеки, меня утомил, и я задумалась о поездке Юстиниана Придда к бергерам.
Молодые аристократы имеют обыкновение путешествовать, но те времена были, мягко говоря, непростыми. Золотую Империю только что разодрали на куски бывшие провинции, новоявленные короли как могли глумились над отдавшим им больше чем всё Раканом, а церковь открыто выступила против «демонских отродий», к которым принадлежали и Повелители Волн.
– Видимо, поэтому Максимилиан и сосватал наследника с гайифской девицей, что напугало уже королевское окружение.
