И сейчас он старается найти отклик во мне при помощи своего тела, пальцев, голоса, губ… И, чёрт побери, это работало.
Я дала слабину лишь раз, под столом сегодня вечером — позволила себя поцеловать. Этого ему хватило, чтобы уцепиться за то, что всё ещё жива наша любовь. Хотя в понимании Романа, желание постели и есть любовь…
Я по-прежнему не перевариваю его, но внизу живота стало горячо и напряжённо.
— Ром, — надавила я ему руками на грудь. — Всё, хватит. Натанцевались.
— Так мало? Почему так быстро убегаешь?
— Не хочу больше.
— Ты боишься, Рыжая, признать, что сама постоянно думаешь о… — и снова окончание фразы прозвучало в моё ухо, заставляя мою кровь разгоняться по венам ещё быстрее.
Я надавила на его грудь руками изо всех сил, и наконец разомкнула объятия.
— Даже не мечтай, — сказала я и вышла на веранду, чтобы хоть немного остудить горящее лицо.
— Дура, дура, дура! — ругала я себя и от бессилия ударила по перилам веранды.
Сама же решила не давать Питерскому второго шанса, не подпускать к себе, не позволят его ласке управлять мной, и сама же даю слабину.
"
"Зря, очень зря. Он теперь меня в покое тем более не оставит!
Мне надо, просто необходимо быть твёрдой стеной, но пока из меня выходит только кисейная барышня, тающая в его руках.
Дверь веранды хлопнула. Я бегло обернулась на шум — Роман вышел за мной следом. В его руках был плед…
Я снова устремила взгляд к вершинам тёмных деревьев, что виднелись с небольшой высоты веранды.
Он подошёл ближе и остановился позади меня. Я не оборачивалась.
Надеялась, что он догадается уйти.
— Тут холодно, — сказал он и накинул мне на плечи плед.
— Спасибо за заботу, — ответила я, удерживая плед руками, и делая пару шагов от него в сторону, чтобы он не мог меня касаться.
— Мы можем поговорить, Кать?
— Говори, — пожала я плечами.
Только что буду отвечать ему мало представляла себе.
— Мы можем с тобой хотя бы не враждовать? — спросил он, остановившись рядом со мной у перил.
— Можем, — ответила я, повернувшись к нему. — Если ты прекратишь нарушать мои границы.
— Я бы с удовольствием, — сказал Рома. — Но… Меня так тянет к тебе. Что мне делать с этим, Кать? Я даже свадьбу отменил, расстался с девушкой, которая мне верила, попросил прощения… Но ты не хочешь прощать.
— Я простила тебя, Ром, — произнесла я негромко. — Давно.
— Правда? — он пристально смотрел в моё лицо.
— Да. Но… Это не значит, что я хочу отношений.
— Ты даже не хочешь попробовать?
— Нет.
— Почему?
— Не хочу, и всё.
