Потом потускневшие кастрюли – у нее, патологической аккуратистки и чистюли, любая, даже самая старая утварь, всегда блестела самоварным блеском. А тут… Боже, как же она все запустила! Сначала, когда заболел муж, было не до кастрюль и сковородок. Потом, после его смерти, стало просто все неохота – ни готовить, ни убирать. Даже из дома выползать не хотелось. Многолетняя усталость и навалившаяся хандра давали, казалось бы, индульгенцию на безделье. Но вот натура взяла верх. Когда была отмыта посуда и засверкали стаканы и чашки, заискрились лампочки на люстре и заблестел, засверкал кафель, Надя наконец уселась на стул и с удовольствием оглядела плоды своего нелегкого труда.
Нет, определенно, чистота – залог здоровья! И еще – прекрасного настроения.
Вот так всегда – как заведешься, так уже и не остановить. Нельзя все и сразу, да и не по годам, не по силам. Рухнуть бы в кровать и…
А завтра настроение переменится. И снова будет все неохота. Ладно, хотя бы еще одну комнату. А там посмотрим.
Она еще раз обвела победным взглядом пространство и увидела торчавший в стене гвоздь.
Когда-то там висела тарелка, сувенир из Пушкинских Гор, привезенный мужем из давней поездки. Профиль Александра Сергеевича, рука с гусиным пером и подпись поэта. Ничего особенного, никакой красоты. Обычная советская пошлость. А выкинуть портрет с профилем гения рука не поднималась. Все собиралась увезти на дачу, куда вечно свозились ненужные в московской квартире вещи, да все забывала. А за год до смерти мужа тарелка разбилась – от сильного порыва ветра распахнулось окно.
Надя без всякого сожаления собрала веником осколки, а про гвоздь забыла.
Она решительно встала и пошла в комнату к мужу – там, в нижнем ящике письменного стола, стояла обувная коробка с инструментами: молоток, баночка с гвоздями, пассатижи и кусачки.
Григорий Петрович был не из тех, кого называют «мастер на все руки». Всегда говорил: «Позови слесаря». Или плотника, или электрика – для этого есть специально обученные люди.
Коробка стояла на месте.
Надя вытащила ее на пол и быстро нашла то, что искала. Кусачки, вот именно – или вытащат, или откусят сиротский гвоздь. А может, повесить на него что-нибудь другое? Например, картинку или какую-нибудь безделушку?
Безделушки не нашлось, картинки висели на своих местах. Значит, вырвать и забыть!
Гвоздь вырвался не без усилий. Кусачки следовало положить на место. Она снова открыла ящик стола и… В дальнем правом углу увидела небольшой газетный сверток.
