Тридцатка.
Водолазки красная, зеленая и серая.
Мой цвет – зеленый. Надо рвать с места, а я замешкалась: «право первой ночи» у Инески, и она тоже обожает травяные тона. Не то чтобы я так благородна. Просто издержки воспитания и страх – буду наглеть, в другой раз не позовут.
Инеска берет, разумеется, зеленую, и у меня начинает ныть сердце. Она натягивает водолазку, крутится перед зеркалом и говорит «нет». У меня вырывается вздох облегчения. По-моему, слишком громко.
– Надень, – кивает Инеска.
– Да ну, – делано равнодушно отвечаю я.
– И так все понятно. Моя.
На всякий случай я хватаю «мою» вещицу и прижимаю к груди. Ольга берет красную со словами:
– Ну я же блондинка."
"Наташа мнет в руках серую и раздумывает – торопиться на стоит. А вдруг в Марьянином бауле найдется что-нибудь поинтереснее.
Следующий лот – юбка. Серый твид, кожаный ремешок. И в пир, и в мир.
– Хорошо к водолазке, – разглядывает юбку Инеска.
Ольга раздумывает, а я хватаю твид и кладу на колени. Кто не успел, тот опоздал, как поется в песне.
Ольга делает вялую гримасу и отворачивается от меня.
Может быть, я поторопилась? Хапаю все подряд, а девки думают! Ладно, потише. Поспокойнее. Подостойнее. А нервы сдают.
Прикидываю: юбка плюс водолазка – уже восемьдесят пять. Разбежалась, милая!
Дальше был синий пиджак из джерси с золотыми пуговицами типа моряцкого. Взяла Инеска.
Блузку с кружевом «учительница первая моя» не взял никто. Марьяна обиделась и сказала, что мы – дуры.
Потом джинсы – Венгрия, ничего особенного.
И потом – цена! Мама дорогая! А куда в них? На работу не пойдешь, мы давно не девочки. Да и еще Венгрия! Джинсы взяла Ольга – для пикников, как она сказала.
При слове «пикники» мы переглянулись. Туда можно и в трениках, и в старых брюках.
Куртка из замши. Куртка из замши! Боже мой – куртка из замши! Мышиного цвета, с пояском и кнопками! С двумя карманами на молнии!
– Двести, – небрежно бросила Марьяна и слегка покраснела.
Мы замолчали, не решаясь взять это в руки.
Двести – зарплата моего мужа.
А он получает неплохо. У меня же есть совесть. У меня есть совесть? Или нет? Вот я не знаю. Честно. А здравый смысл? Вот его-то точно нет! Я почему-то радуюсь этому заключению и медленно надеваю это.
– А ты примерь с водолазкой и юбкой, – советует Инеска.
Ольга хмыкает. Наташа сосредоточенно грызет ноготь. Сеню по-прежнему не видно из-за газеты. По-моему, он даже не переворачивает листы. Может, спит?
Я – принцесса! Нет! Я – королева.
