— Слушай, — вспомнила я во время одного из немногочисленных перерывов между сексом “на подышать”, — а когда ты собирался мне все рассказать? Ну, про то, что мы не в лесной глуши, а в цивилизации? И про то, что ты — подлец и рабовладелец?
— А мы не в цивилизации были, — Юра виртуозно не заметил половины вопросы, просто переключив на плотское: мягко огладил мою грудь, щипнул сосок, — туда чтоб добраться, особый транспорт нужен. Так что, я и не врал тебе…
— Ну конечно, — легко двинула я его локтем, без особой, впрочем, злости.
Поостыла уже… Да и секс животворящий с женщиной странные вещи делает. Вроде, и есть, за что убивать гада, а уже не хочется… Если он еще планирует так же хорошо делать, как и до этого, то… пусть живет. Желательно, где-нибудь неподалеку от меня. В шаговой доступности, так сказать…
— Это так, — Юрий словил мой локоть, прижал к своему горячему, словно печка, животу, распрямил руку и настойчиво повел ладонь ниже.
— Просто тебе же ничего не угрожало, и я чувствовал, что тебе нужен отдых…
— Чувствовал он… — все так же, без прежней обиды, проворчала я, с интересом следя за собственной ладонью, которой бесстыдно управлял сейчас мой горячий охотник. — Я же человек… А ты со мной, как с кошкой…
— С котенком… — он потерся носом о мою шею, ласкаясь. И это настолько остро диссонировало с тем, что его пальцы заставляли меня делать внизу, что прямо мурашки по коже понеслись.
— Несмышленым… Потерянным… Глупеньким… Ты такая испуганная была там, в лесу. Соблазнительная… Я не планировал, честно. Но ты так смотрела, так терлась… А у меня секса уже месяц не было… И тут ты… С такими титьками и такой задницей… И глазами… И губами… Да тут и святой не устоял бы. А я — вообще не святой…
— Это точно… — я уже мало слушала его признания, полностью поглощенная тем, что вытворяли его губы с моей шеей и его пальцы с моим клитором.
Похоже, наш небольшой перерыв заканчивался.
Я решила, что спрошу его в следующий раз поподробней о мотивах такого скотского поведения. И уточню, что со мной можно было просто поговорить словами. А не вести себя подобно дикарю лесному… Хотя, в тех условиях я его таким и считала и никаких признаний не ждала.
А вот вчера — ждала.
