— Так-то оно так, — Юра ставит чашку на стол, усмехается, — но если у нас с тобой договор слияния двухнедельной давности, подписанный при свидетелях, то операция должна случиться вот-вот. В принципе, это веская причина того, что ты, на момент заморозки счёта, уже не являлась владелицей своей крохотной забегаловки.
— Откуда такая благотворительность? — интересуюсь я, ощущая внезапно, как начинает горчить сбитень на языке. Нет, похоже, новые блюда мне пробовать нежелательно… Даже тошнота появляется… Или это - реакция на наш глупый разговор?
А разговор реально глупый…
Юра от меня чего-то хочет, но не говорит, чего, сначала торгует.
Выторговывает мое полное согласие… Ставит в безвыходную ситуацию. Сразу же. Без прелюдий.
Впрочем, он всегда так делал… С нашего первого знакомства. Там тоже прелюдии не случилось.
Сразу в избу - и в позу.
Интересно, почему я возбуждаюсь, вспоминая это?
— Вложение в перспективу, — спокойно отвечает Юрий, а затем тянет ко мне ладонь, словно за руку взять хочет.
Но я торопливо отшатываюсь, а потом нам приносят заказ. Мою утку. Я радостно начинаю ее резать, делая вид, что полностью поглощена процессом. А сама все думаю, думаю, думаю…
Вложение в перспективу у него… Какую? В меня? В наши отношения, которых нет?
В мою, как он ее назвал, “крохотную забегаловку”?
Бред. Бредовая ситуация, бредовый разговор…
Вообще, все в моей жизни в последнее время — бред.
Алиса в Стране Чудес какая-то…
Сумасшедший Шляпник… Предлагает решить все твои проблемы. А что хочет взамен?
— Чего ты хочешь от меня, Юра? — эти слова вырываются сами собой, когда уже нет сил терзать утку, игнорируя его настойчивый взгляд.
— Спасти твою шикарную жопу хочу, ведьма, — тут же отвечает он.
— Зачем?
— А почему нет? Может, ты мне нравишься…
— А отдавать чем?
— Найдем способы…
Черт… Маньяк реально…
— Юр, какие способы, о чем ты вообще? — не выдерживаю я уровня бреда и все-таки срываюсь на визгливые бабские претензии, — ты меня обманул.
С самого начала обманывал, воспользовался тем, что я заблудилась, была дезориентирована, растеряна… Притащил к себе в избушку…
— Трахнул, — перебивает он мой обвинительный спич, — с обоюдным удовольствием, кстати.
