И уже через месяц после его визита к бабушке, мы с Оливером зарегистрировали брак в столичной ратуше. Несмотря на все уверения последнего, имя рода новоиспеченного супруга я наотрез отказалась брать.
— Род Мурай на мне не прервется, — упрямо заявила ему тогда я прямо в ратуше.
И Оливер, проявив настоящую мудрость, отступил, позволяя мне придерживаться выбранного решения."
"И вот, с того дня пролетело уже целых пять лет. Многое в нашей жизни за это время изменилось, а многое осталось прежним.
Мы остались жить в столице, переехав в свой собственный дом. Оливер продолжал служить в столичном отделе внутренней безопасности Совета Инквизиции. А я открыла лавку неподалеку от дома и постепенно готовилась к тому, чтобы занять пост бабушки во главе ковена.
От мыслей меня отвлек грохот на втором этаже, а следом по лестнице сбежал босоногий мальчик лет четырех, держа в руках толстого пушистого кота и улыбаясь широкой беззубой улыбкой.
— Мама, а Лесли дергала Селима за хвост, и он так смешно ругался, — сдал сестру и их пушистую няньку Аарон.
Я посмотрела на фамильяра недовольным взглядом, забирая его с рук четырехлетнего сына, который сам только недавно стал чуть больше фамильяра.
— Селим, сколько раз я тебя просила при детях не выражаться? — обманчиво ласковым тоном поинтересовалась я у кота.
В целом, стоит признать, что с рождением Аарона Селим перевоспитался. Стал более серьезным, ответственным, любил проводить время с малышами и старался их оберегать.
Но иногда, когда они принимались сильно его мучить, пара крепких словечек из уст фамильяра все же пролетала.
— Лесли только исполнилось два года, а хватка у малышки такая, что я думал, хвост мне оторвет, — пожаловался Сел.
В тот день, когда Лесли только появилась на свет, бабуле хватило одного взгляда на новорожденную правнучку, чтобы тут же вынести вердикт:
— Родилась светлая ведьма.
Поэтому был нисколько не удивителен ее повышенный интерес к фамильяру.
Из кабинета выглянул Оливер, у которого сегодня был выходной, окинул заинтересованным взглядом нашу разношерстную компанию, подхватил сына на руки и поинтересовался:
— А что здесь опять за шум?
— Твоя дочь чуть не оторвала хвост моему фамильяру, — пожаловалась я супругу, поглаживая кота по спине.
— Твоему фамильяру просто следует держать хвост при себе, — весело фыркнул в ответ Оливер, звонко чмокнув Аарона в лоб.
