Вот это заведение успело приобрести, — пояснил я, кратко пересказывая историю, известную от отца.
— Я видела новые модели, бытовые, для уборки и готовки. Мне кажется, они не такие интересные и дорогие, — Айлин отправила в рот ложечку мороженого. — Но меня очень впечатлило. Попрошу отца, может, насобираем денег на недорогую модель. Это же лучше, чем свой эрмимобиль?"
"— Кому как, — я пожал плечами и принялся за десерт. — Между прочим, я специально привел тебя в это кафе. Знал, что тебя впечатлят роботы.
Сейчас понимаешь почему? Хочу, чтобы ты всерьез рассмотрела поступление в УмМаш. У тебя отличные результаты по механо-биологии, и роботы — это точно твое.
— Мое — это ты, — она прижалась ко мне, ловя мои губы своими. И когда мы отдышались от поцелуя, сказала: — Да, я уже думаю об этом. С того момента, как ты мне первый раз сказал об институте в Редутах. И даже мама почти согласилась.
Назад мы вернулись на вимане. При чем не маршрутной, а арендованной четырехместной машине «Гелла-23».
Она похожа на круглую площадку, ограниченную высокими бортиками со стойкой в самом центре, которая во время дождя распускается шестью медными лепестками, превращаясь в крышу. Эта модель хороша тем, что в ней с особой силой ощущаешь великолепное чувство полета: встречный ветер бьет в лицо, внизу проносятся крыши домов, справа и слева встают гигантские башни, и сердце поет от восторга. Если я сказал Айли, что роботы — это ее, то виманы — это точно мое.
Любовь к ним перешла от отца. А отец… когда, шутки ради, с графом Голицыным они посетили оракула при нашем храме Сварога. Тот гадал сначала Голицыну, посулив славу и высокие имперские должности, а моему отцу гадать на будущее отказался, зато сказал:
«Твои предки были арии. Самые высокие арии при дворце. В арийских виманах твоя жизнь и, может быть, там твоя смерть».
Я слышал это, потому что стоял рядом. А отец попросил ничего не говорить матери.
Вимана доставила нас к посадочной площадке возле дома Синицыных, я расплатился, отсчитав семнадцать рублей.
Проводил Айлин и нежно попрощался с ней на пороге ее дома, при этом, кажется ее отец стоял в гостиной. Потом пошел к себе, прокручивая в памяти события сегодняшнего дня: хотя они не были такими яркими, как недавний поединок с графом Ставровым, явление Геры или произошедшее с Айлин в постели, но их было очень много и все они для меня имели большое значение.
