Меня лучше в попу.
— А ты знаешь, — я старался не смеяться, — в попу может быть больно.
— Знаю, не дурочка, — Талия открыла свою сумочку и протянула мне тюбик. — На всякий случай ношу.
Я взял тюбик и прочитал: «Смазка для анальных утех Всеволода Гаврилова»."
"Черт! Эта госпожа умеет удивить гораздо больше, чем ее мачеха. А ведь ходят очень скверные слухи, что моя мама может стать второй женой барона Евстафьева. Мол, ее держит лишь то, что придется взять фамилию Евстафьевой и разменять дворянский титул на более низкий.
Я-то останусь графом Елецким, но возможность такого родства меня начала настораживать. Вот что потом делать мне с этой «сестренкой»?
Я стал позади баронессы и приподнял ладонями ее тяжелые дыньки. Нечего сказать, хороши!
— Ах, — выдохнула Талия, почувствовав мой член между ягодиц. — Только медленно… — попросила она.
Я и не спешил, наслаждаясь игрой с ее грудями, потом опустил левую руку и подразнил ее между ножек. Тоже неторопливо, тянущими движениями потирая мокрую ложбинку, слегка ныряя в вагину, пока Талия не начала повизгивать и вилять бедрами от нетерпения.
— Давай сначала так, — повернул ее к себе, чуть нажав на затылок.
Баронесса медлила. Не знаю почему. Я был уверен, что минет она сделает сразу и с большой охотой.
— Ладно, — дрогнувшим голосом произнесла она и лизнула налитую нетерпением головку.
Затем осмелела, открыла ротик шире, втягивая головку в себя. Ее полные губки превратились в колечко, начали с нарастающей жадностью посасывать начало моего воина, потом поглотили добрую половину.
Одновременно она запустила пальчики в свое лоно и принялась ласкать себя. Уже и без того разгоряченная, в считанные минуты дошла до пика, и закричала, выпустив изо рта член и трясясь на кровати. Я развернул ее к себе пухленькой попой, очень обильно намазал своего воина зельем от Гаврилова. Затем звонко шлепнул по ягодице, точно перед уколом, и направил член баронессе в анус. Она вскрикнула, сминая покрывало.
— Тише! Ой!.. Аид! Он у тебя больше, чем у Лиса! Ай!
Я был достаточно осторожен.
Не знаю, чего госпожа Евстафьева так запричитала, если анальные радости стали для нее делом привычным. Медленно, осторожными толчками мой воин проникал в ее великолепный зад. Полные ягодицы толстушки подрагивали. Сама она, тихо, с нескрываемым удовольствием постанывая, снова принялась ласкать пальчиками свое невинное лоно. Скоро юная баронесса всецело вошла во вкус: развела бедра шире, дразняще покачивая ими, дыша глубоко и хрипло, прогнулась.
