И да не погрузится Капула в вечный мрак.
Если бы на месте Ка оказалась другая варварка, я бы не пережила. И все же, мне очень хотелось стоять сейчас рядом с «сестренкой». И разделить с ней триумф, почувствовать на себе сотни восхищенных взглядов варваров и завистливых — их жен. Ничто так не повышает либидо, как чувство собственного превосходства.
Слуги подставили к идолу деревянную лесенку. Ка зачерпнула кувшином жидкости и, удерживая его на голове, поднялась на последнюю ступеньку. Под радостные вопли соплеменников выплеснула содержимое кувшина на каменное навершие фаллоса.
Вязкая полупрозрачная масса потекла вниз, оставляя на колосе длинные мокрые следы. Со стороны это выглядело как эякуляция. Точно гигантский жезл ожил, возбудился от прикосновения Ка и изверг из себя семя.
После этого жрецы по очереди произнесли слова напутствия для новых пар и официально признали их союзы. Приказали женщинам еще раз подойти к изваянию и испросить у него благословения.
— Иди, — легко подтолкнул меня Фил. — Только быстро и сразу же возвращайся.
Вот нахал. Первый день замужем, а уже столько претензий и собственнических чувств. Мне, что теперь, на все нужно спрашивать его дозволения? Я, кажется, начала догадываться, почему умерла его первая жена. Она банально сбежала от Фила в другой мир, устав от его требований и нравоучений.
Варварки окружили каменный фаллос, они касались его руками, что-то бормотали себе под нос. Насколько я поняла — загадывали желания и молились. Чаще всего просили, чтобы их мужья оказались добрыми, не били слишком часто и не заставляли работать до седьмого пота.
Ха, наивные. Можно подумать, камень им внемлет. Мне так и хотелось выкрикнуть: «Ау, дурочки, он же того — памятник. Если хотите, чтобы мужья были добрыми, к ним и обращайтесь. Мужчины, как боги, если о них забывают — они ищут себе новых поклонниц».
Чтобы не выделяться из толпы, я все же коснулась склизкого от жидкости камня, а потом незаметно обтерла ладонь о «шубу». Пробормотала единственную фразу, заученную на уроках французского: «Ма ви, ма регл».
А что, варвары все равно не поняли, а мне приятно. Да и звучит красиво. И вообще, следует сделать это крылатое выражение своим жизненным кредо. Все так: моя жизнь, мои правила. И я не позволю ни одному варвару указывать мне, что и как делать. Даже Филу. Каким бы привлекательным и обаятельным он не притворялся.
Исполнив долг перед божеством нового мира, я вновь направилась обратно, к Филу. Но прислужник жрецов меня остановил.
