Медвежьи, волчьи, человечьи, «демократично», вперемежку.
Старый вояка сполз с седла, толкнулся в ворота.
Ответом ему было злобное рычание. Не собачье, медвежье.
– Эгей! – гаркнул варяг.– Гостей привечать будем или как?
Мишка за тыном заревел еще свирепее.
– Не слышат,– заметил Духарев.
Он с большим интересом наблюдал, как исполненный сознания собственной важности варяг выйдет из ситуации.
Варяг из ситуации вышел достойно. Вскарабкался обратно в седло, откашлялся, приставил ладони к губам… и испустил леденящий душу вой такой силы, что конь под Духаревым шарахнулся, а варягова лошадка аж присела от ужаса.
На медведя по ту сторону забора могучий звук тоже, вероятно, произвел впечатление. Потому что рычать мишка больше не осмеливался.
Варяг глотнул из фляжки – промочил горло.
Ворота с натужным скрипом приоткрылись. За воротами обнаружился придурковатого вида парень, босой, в ветхой дерюжке, и скрюченная бабка с клюкой, плотно упакованная в меха.
Въехали. Парень запер ворота. Вокруг всадников завертелись кудлатые крупные псы.
Собственно, их больше занимали не всадники, а лосиная туша. Варяг наехал на них. Один из обиженных его грубостью псов попытался цапнуть варягову кобылку, но схлопотал от ее наездника древком по морде и с визгом удрал. Остальных разогнала бабка, орудующая своей палкой с нестарческой лихостью.
– Никак сам Рёрех-ведун пожаловал! – проскрипела она.
Из огромной конуры выглянул мишка. Закосолапил к ним, гремя цепью. Серега взялся было за рогатину, но прикинул, что длины цепи до них не хватит, и успокоился.
– Где все? – спросил варяг, спешиваясь.
Духарев последовал его примеру.
– Дык праздник! – удивилась бабка.– Где народ – там и волохи. На требище. Здеся токо я, старая, да вон дурень. А это кто с тобой?
– Ученик.
– Ой как! И никак из кривичей? – Бабка прищурилась… И вдруг свирепо замахнулась клюкой: – Сгинь! Сгинь! Кыш отселя, злая сила!
Серега еле успел увернуться – едва палкой по голове не схлопотал.
– Взбесилась, ведьма старая? – поинтересовался он.
– Хорошо ты, Шорка, гостей привечаешь! – захохотал варяг.
– От таких гостей мясо слезет с костей! – сварливо проскрипела старуха, описывая клюкой замысловатые кривые. Пальцы ее свободной руки при этом сплетались и расплетались, образуя хитрые фигуры.
Справа от них мишка мощно скреб землю. Видно, рассчитывал подтянуть ее к себе вместе с лосиной тушей.
Старуха вдруг села на снег и часто задышала.
– Че, не выходит? – ехидно поинтересовался варяг.
