— Как вам, юный профессор? — Стебётся Ингрит под руку.
Вроде удобно. Но часть стереть при случае не выйдет. Всё сразу размагничивается. И второй момент, при быстрых движениях пером намагничивается не так много. И это крайне неудобно! Поверхность сама — это стекло на белом фоне, к которому и прилипает сзади чёрная крошка.
— Держите, — вручаю перо обратно.
— Быстро же вы сдались, — смеётся. — Теперь я могу продолжить свой урок?
Ученики тоже посмеиваются. Подождите у меня.
— Не спешите, господин профессор, а то успеете, — выпалил я и сделал вид, что достаю из внутреннего кармана пиджака пачку цветных маркеров, которые по компакт — дискам пишут и собственно по стеклу.
Как — то детям Ешшуноры дарил, изрисовали мне все окна и все стены в башне особняка. Но стены преимущественно цветными мелками.
Магией явил без труда четыре толстых маркера.
Пробую, как рисуют, начав с зелёного.
— Мои «карандаши» поудобнее будут, — комментирую и дальше уже по заранее заготовленному сценарию, обращаясь к залу: — Вероятно, многие из вас считают себя хорошими математиками.
И задаются вопросом, чему же я могу вас научить? Сейчас покажу. У меня для вас задача.
Глава 22
Новые знакомые очаровашки
Начинаю рисовать цветок на полотне, используя все цвета под шум аудитории. Всего два лепестка рисую намеренно. Следующий цветок рядом — уже четыре. Затем с восемью лепестками.
Комментирую это, затем разворачиваюсь.
— Я не художник, только учусь, — подшучиваю, глядя на серьёзные, недоумевающие и некоторые весёлые лица.
— Урок рисования, отлично, — смеётся преподаватель.
На этот раз игнорирую его. Делаюсь серьёзным.
— А теперь внимание, — объявляю, обращаясь к девочкам и мальчикам. — Условие задачи таково: на поляне росли красивые цветы, но один пакостный мальчишка по имени Ингрит...
В аудитории пошли смешки.
— Что вы себе позволяете? — Возмутился профессор.
— Случайное совпадение, простите, — ухмыляюсь и дальше оглашаю: — один мальчишка оборвал лепестки таким образом, что первому оставил лишь два, второму вдвое больше, третьему вдвое больше второго.
И так далее. Закономерность ясна?
Молчат, кто — то записывает.
— Считаем, что лепестков может быть любое максимальное количество на одном цветке, — говорю и далее торжественно: — Теперь внимание вопрос! Сколько осталось лепестков на шестом по счёту оборванном цветке? Решайте самостоятельно, у вас не более трёх минут. Первый ответивший получит приз.
На удивление зашевелились все! Зашуршали листы, зацарапали перья.