— Крис, ты прости за словно острое, — выдаёт удручённо Зоррин и дальше уже с прежним кокетством. — Нравишься ты мне, придурок. Знай теперь и мучайся. Морда твоя смазливая останется в душе моей Единого пламени до новой битвы Драконов.
— Так придержи свой меч, — говорю Лихетте строго. — А ты не ной, я тебя так просто не отпущу, пока не трахну.
— Ох — хохо, — Зоррин даже брови подняла. — Крис, должна признать, что с удовольствием бы присела на твой шикарный член. Но не срослось.
— Вообще — то мы всё слышим, — бросает один из солдат грустно.
— Нас тут убивают, а вы со своими игрищами.
— Крис, давай без шуток, — хмыкает и Лихетта. — Отойди, пожалуйста, не в первый раз я прощаюсь так с сёстрами.
— Так, всё, — обрубаю полемику и на сотницу хмуро. — Отошла и жди, убить всегда успеешь. А я могу спасти.
— Ты бредишь, — стонет Зоррин, кривясь.
Являю пачки препаратов с парацетамолом и пенициллином. Бутылку воды. Вскрываю пачки сам и даю ей двойную дозу, комментируя:
— Ешь, это действенная алхимия, тебе всё равно уже терять нечего, просто жуй и глотай.
Как самую сладкую сперму. Давай, давай, вот умница.
Послушно ест, кривится, давится и ржёт.
— Чего удумал затейник. Пьянящее средство, чтобы смерть, как сон? — Иронизирует с набитым ртом и получает от меня её и бутылку в рот уже открытую.
Убедившись, что всё приняла, к Лихетте оборачиваюсь:
— Не вздумай убивать, даже когда она ослабнет. Наша сестра выживет, я обещаю.
— Крис, есть вещи нам неподвластные, — выдаёт удручённо.
— Херню не неси, — ухмыляюсь.
— А теперь давай рисуй диспозицию. И побыстрее, не хочу никого больше терять.
За две минуты сотница чертит на половицах в крошке простую схему. Где маги, наши бойцы и какие сектора обстрела у вражеских лучников. По сути они нас обстреливают со всех сторон практически, как в тире, постепенно доламывая наше укрытие. И при этом ещё пробуя с флангов вылазки. В процессе я подумал, чего же они ждут? Сели бы на лошадей да снесли бы их с тыла или с флангов одной атакой.
Странно. Но совсем не страшно.
Позиция у них открыта, с шашкой наголо лететь — стрелами истыкают! Живая броня на испытательном сроке, я ей не настолько доверяю, чтобы вот так бросаться. Мог бы долбануть смерчем, разметав лес в большом радиусе, резерва хватит. Вот только достанется и нам. А ещё там Имира где — то шарится. Поэтому такой вариант отпадает.
Остаётся только одно. Состроив в башке отчаянный план, поднялся. Суккубка следом подскочила, глаза шальные.
