Когда приходит время рассчитываться, Анита достает карту, но я выхватываю счет, расплачиваясь наличкой и отдаю ей ее золотую карту. Напрягает момент, что девочка золотая, и я явно проигрываю ей в финансовом плане. Анита берет букет, и мы идем к выходу. Помогаю ей надеть пальто, она накидывает шарфик, мы выходим на улицу и останавливаемся на крыльце.
— Спасибо, но не стоило за меня платить, я хочу вернуть тебе деньги за обед, — выдает она.
— Вот только не нужно меня оскорблять. У нас за женщину всегда платит мужчина.
— Да у нас тоже, но если он приглашает, а я сама пришла в ресторан, — упрямо говорит она. — У тебя есть карта? Я переведу деньги. — Да, менталитеты у нас разные, и от этого еще интереснее.
— Ага, и за цветы ещё переведи деньги, — шучу я, а она распахивает глаза. Такая доверчивая и наивная. — Это шутка, зайка, — опускаю руки ей на талию и внаглую притягиваю к себе, потому что невозможно быть с ней рядом и не касаться. — Когда мы вместе, плачу я, — понижаю голос, опуская глаза на манящие губы.
Она пытается вырваться, но я не выпускаю. — Покатаемся? — голос хрипнет от ее близости.
Она как самый сильный афродизиак: вдохнул ее запах — и возбуждение зашкаливает, крышу сносит и хочется творить сумасшедшие вещи.
— Я не против, если ты прекратишь нарушать мое личное пространство и не будешь целовать меня без разрешения, — пытается говорить серьезно, но ее выдают горящие глаза и соблазнительная улыбка, которую она пытается спрятать.
— Нет, я буду тебя целовать и вторгаться в твое личное пространство, — усмехаюсь, перехватываю ее за бедра, чтобы закинуть ее на плечо и под вскрик и поток возмущений испанской речи несу к своей машине.
Сегодня у меня свободный день, и я хочу провести его с этой сладкой девочкой.
ГЛАВА 5
Анита
Мы куда-то едем по центральной трассе под музыку, а у меня сердце замирает. Это так безрассудно — сесть в машину незнакомого парня и довериться ему. Но запах бергамота и табака кружит голову. Когда Егор останавливается на светофорах, то поворачивается ко мне, смотрит невероятным взглядом, и мне уже все равно, куда мы едем.
Хоть на край света. Я хочу совершить это безрассудство. Сойти с ума рядом с ним, сделать что-то запретное.
Мы молчим, наслаждаясь музыкой и поездкой на спортивной машине. Разговаривать совсем не хочется, в машине витает какое-то предвкушение, и от этого хорошо. Такие новые, будоражащие, ни с чем несравнимые ощущения, вызывающие прилив эндорфинов.
