— На самом деле это Анита просит заботиться о тебе… — сознается Ева.
Поднимаю голову, смотрю в ее глаза, понимаю, что не лжет и со стоном роняю голову на спинку дивана. Почему, бл*ть, так происходит в моей жизни?! Впервые я полюбил по-настоящему, впервые растворился в девушке, почувствовал ее частью себя и не могу присвоить ее себе навсегда!
— Дай мне с ней поговорить, — сам не знаю о чем прошу. В груди вдруг разрастается невыносимая боль, от которой перехватывает дыхание.
— Я не могу… Она хочет знать, что с тобой все в порядке.
На этом все…
— А со мной не в порядке, земля медленно уходит из-под ног, и когда она полностью разверзнется — меня не станет. Она знает, что со мной, а я, что с ней — нет.
— Ну что вы со мной делаете?! — всхлипывает девушка. — Какие вы все же… ну как так… ведь любите друг друга… — говорит обрывками, пытаясь сдержать слезы.
— Ей очень плохо? — задерживаю дыхание, потому что уже не могу терпеть эту боль.
— Она ушла в себя, но… — девушка долго молчит, смотря на меня, а потом вынимает из кармана телефон, что-то листает и кладет на тумбу, перевожу взгляд на дисплей, а там ЕЕ имя.
— Я выйду, позже заберу телефон.
— Спасибо, Ангел.
Девушка улыбается и выходит, оставляя меня наедине с телефоном и колотящимся сердцем. Беру аппарат, глубоко вдыхаю и нажимаю на вызов. Один гудок, второй, третий, а у меня немеют губы.
— Да, Ева… — Ее голос, как волна после взрыва — оглушает и ослепляет. Молчу. Какого хрена я молчу?! — Алло?! Ты слышишь меня?! — Чувствую, как жжет лёгкие и делаю глубокий вдох.
— Анита, — произношу ее имя, и на том конце воцаряется тишина. — Девочка моя, я…
Сбрасывает звонок. Набираю заново. Гудки, гудки, гудки, я теряю им счет. Она не ответит… Ты все-таки жестокая, моя принцесса. Открываю сообщения и пишу:
«Анита» — просто отправляю ее имя, чтобы услышала его моим голосом. «Девочка моя, прости меня» — ответа не получаю. «Я не мог по-другому» — мог, конечно, но… Откидываюсь на спинку дивана и вновь дышу, чувствуя, как по телу проходит озноб. Телефон загорается сообщением, и я спешу его прочесть.
«Я не держу на тебя зла. Значит, так было нужно. Искренне желаю тебе удачи. Надеюсь, у тебя все будет хорошо» — каждое ее слово отдает эхом в моей голове. Я пытаюсь представить, с каким лицом она пишет мне эти строки, но, кроме искренних растерянных глаз, ничего больше не вижу.
«Возьми трубку, мне нужно услышать твой голос последний раз».
«Мне этого не нужно. Не пиши мне больше, я не отвечу...» — и в конце многоточие.
