Конченный идиот, но что с этим сделать?
Сжав челюсть, я достал из кармана портсигар. В последнее время я начал много курить, иначе справиться со всем не мог, не знал как.
—Не думал, чтобы указания теперь нужно обсуждать.
—Нужно, если они совсем уже выходят за рамки, Белый. Трахнул бы ее и дело с концом, нет, придумываешь тут хитросплетения. У меня другим голова забита, мне не до твоих соплей.
—Рот закрой, — сжав руки в кулаки, я выплюнул своему другу.
—Я закрою, вот только ты херню творишь. Когда уже поймешь это?
—Новости, — процедил я, понимая, что он все равно мне расскажет, что и как.
Доложит.
—Нет новостей, не появляется она в клубе.
Отлегло сразу. Не место ей там, не место.
—Уволилась?
—На неоплачиваемом больничном. Деталей не знаю. Не поехал узнавать, чтобы еще там сопли подтереть, — ехидненько ответил друг.
Заболела. Меня должно было успокоить появление Вахи, но вместо этого я лишь больше окунулся в переживания насчет девочки, которая и не моя.
МАША
Я взяла больничный, если это можно так назвать, конечно.
Отпросилась с работы, наврав про ОРВИ, что для официантки равно отгулу по уважительной причине. На самом деле, я нигде не была, просто вставала с кровати, пила воду, заставляла себя выйти на кухню и приготовить что-то простое из всего того, что имелось там. А как можно понять, еды там практически не было. Отец по большей части пропадал, я не знала, ни где он, ни с кем он, ни как он. Периодически я слышала возню в соседней комнате, так и понимала, что он приходил, уходил.
"
"В голове был полнейший туман, от которого я слабо соображала, а головная боль вдруг сроднилась со мной и стала одним целым с телом. В какой-то момент я наткнулась на отражение в зеркале, и дыхание мое перекрылось. Я не узнавала ту изможденную девушку синяками под глазами, что были темнее ночи. Судорожно вздохнув, мои пальцы осторожно коснулась иссиня-черной кожи, все это время я не дышала.
Смотрелось скверно, жутко и так нереально, словно не со мной. Губы были белыми, а лицо стало впалым, высохшим, о глазах и говорить не стоило.
Они раньше были большими, что всегда меня немного смущало, а сейчас были просто огромными.
Внезапный настойчивый стук в дверь отвлек меня, вернул в реальность. На ватных ногах я подошла к старой пошарпанной двери, привстала на цыпочки и попыталась посмотреть в глазок, но рассмотреть звонившего так и не смогла. Каким-то остатком своего затуманенного мозга я подумала, что это мог бы быть Ваня.
