– Его эта болванка Ти-си заставила лезть баки с водорослями проверять, ну и сама туда нос сунула, да так глубоко, что навернула бедолагу. Пока вытаскивал, весь взмок. Этот мозгоправ сейчас у него, пытается облегчить бедолаге то ли кишечник, то ли желудок, то ли душу.
– Ну вот и хорошо, – процедил капитан, – одним умником меньше. Надеюсь, он в гальюне остаток полета и проведет. И болванку эту туда же, пусть контролирует процесс его выздоровления. Не люблю, когда на моем корабле суют свой нос куда не надо.
– Злой ты, – покачала головой Ким. – Жалко бедолагу.
– Ты уж определись: мурашки у тебя от него от страха или слезы на глазах от жалости? А вообще, Ким, с чего мне быть добрым капитаном? Мутное какое-то дело. И проблема даже не в этой девушке и не в ее друзьях. Ты сама подумай, чего толстосуму гнать в полную задницу родную дочь? Да еще и на таком корабле, как наш. Либо он хочет уменьшить количество своих наследников, либо хрен его знает что. И вот это меня смущает.
Не люблю не понимать уровень кипиша вокруг своего корабля.
– Чего-то нашел по новостям? – поинтересовался Дик. – Чего завелся?
– Нашел, – признался Айзек. – Много шуму, а реально ничего дельного не говорят. Этот Илистрон на всех новостных каналах орет, как он озабочен этой станцией и теми бедолагами, что на «Ойконе» ласты склеили. При этом все вопросы про дочь либо игнорирует, либо напускает туману. Мутно все.
– Богатеньких не понять. – Ким вывела на монитор последнюю точку с координатами.
– Деньги на карте?
– Висят в блокировке. – Айзек достал из кармана все ту же черную карту и покрутил в руках.
– Достать, если что, сможем? – Дик выхватил у него кусок пластика и играючи пропустил через пальцы. Довольно ловко, словно игральную карту.
– Конечно, – капитан кивнул. – За определенный процент взломают.
– Тогда действуем по ситуации. – Здоровяк кинул карту сестре. – Если там тухляк, то валим, и с концами. Они решают за себя.
Мы их на этот «Ойкон» не гнали и шкурами своими рисковать не обещали. Так ведь, брат?
Капитан не ответил, лишь прищурился. В комнате повисла тревожная тишина.
– Айзек? – Дик как-то странно улыбнулся. Эту его эмоцию я не поняла.
– Я сам решу, кто и когда будет валить. Вы свою работу выполняйте.
Ким хохотнула, нехорошо так. Непонятно. Словно она в чем-то оказалась права и только что получила этому подтверждение. Но в чем?
Мне стало страшно.
