Виктор досадливо покачал головой.
— Лорна так и не призналась, куда спрятала их?
— Нет. Клялась, что не может припомнить.
— Действительно, почту винить нельзя. Знаешь, я не уверен, что тебе интересно было читать душевные излияния многолетней давности.
— Хочешь сказать, что с тех пор твои чувства изменились?
Виктор задумался, потом взял лицо Мейбл в ладони и посмотрел в бездонные голубые глаза.
— Изменились. Я лучше узнал тебя и… полюбил еще больше.
— Странно, но я дочитала последнее письмо за несколько минут до твоего появления.
Ты пишешь, что наша близость в Оксфорде была особенной для тебя. А как ты думаешь, какой она запомнилась мне? Ах, милый, трудно описать словами все то блаженство! Наверное, мои чувства были еще сильнее, чем твои, ведь я влюбилась в тебя уже в тринадцать лет…
Виктор с тихим стоном прижал Мейбл к груди.
— Не ожидай от меня ответного признания, солнышко, — сдавленно произнес он. — В то время я еще не пылал к тебе страстью. Нет, девочками-подростками я никогда не интересовался.
А вот когда ты приехала на Корсику…
— Чем же я не понравилась тебе в тринадцатилетнем возрасте?
— Ну… ты показалась мне чересчур примерной школьницей. И еще эти косички…
Мейбл состроила обиженную рожицу. Виктор поначалу громко расхохотался, однако тут же замолчал и прижался к губам жены. Поцелуй был долгим и жаждущим, всецело поглотившим обоих.
— Ты действительно любишь меня? — спросил Виктор спустя несколько минут.
— Больше жизни, — ответила Мейбл, не задумываясь.
Глаза ее сияли от счастья. — А ты любишь меня?
— Я с ума схожу! Если бы не любил, разве я женился бы на тебе!"
"Тут Мейбл не выдержала. Она порывисто обняла мужа и сама поцеловала его. Ей хотелось показать, что отныне она полностью подчиняется его желаниям. Виктор отвечал ей с не меньшей страстью. Забравшись рукой под ее футболку, он заскользил ладонью по обнаженному телу, и Мейбл затрепетала, как былинка на ветру, тихонько постанывая от наслаждения.
— Как бы мне хотелось все эти три недели оказаться в твоих объятиях, милый…
— А обо мне и говорить нечего.
Если бы ты знала, что со мной творилось…
— Ах, дорогой… — Мейбл принялась лихорадочно снимать с мужа рубашку, сгорая от желания поскорее прижаться к его телу. — Возьми меня прямо сейчас… Ты нужен мне…
Виктор оглянулся на дверь, потом поднялся, нехотя отпустив жену, и закрыл задвижку.
— Больше я никогда не отпущу тебя, — сдавленно прошептал он, стягивая с Мейбл футболку.
