Обескураженное выражение ее раскрасневшегося лица вызвало у него улыбку.
— Что случилось? — с насмешкой поинтересовался он.
— Дверь ванной… Она не запирается… И ради бога, оденься!
Однако супруг не спешил исполнить граничащую с мольбой просьбу жены."
"— Зачем? Здесь не холодно, — сострил он. — И потом, не забывай, что отныне мы представляем из себя супружескую пару, а мужу и жене позволительно находиться в спальне без одежды.
Гневно сверкнув глазами, Мейбл скрылась в ванной, с грохотом захлопнув за собой дверь.
— Только посмей войти! — крикнула она, принимаясь стягивать с себя верхнюю дорожную одежду и изящное кружевное белье, и включив душ, шагнула под прохладные струи воды.
— Не беспокойся! — громко ответил Виктор. — Моя мать растолковала мне в детстве, что неприлично врываться в ванную, когда там находится дама.
Спасибо тетушке Пам, подумала Мейбл, начиная понимать всю комичность создавшейся ситуации. Спешить было некуда, и она решила поплескаться в ванне. Наполнив ее, вымыла шампунем голову, затем нанесла специальный гель, прошлась бритвой по волоскам на ногах и, в довершение всего, наложила на лицо маску из травяных экстрактов.
Когда она вытиралась пушистым махровым полотенцем, раздался негромкий стук в дверь.
— Дорогая, ты все равно не сможешь оставаться в ванной всю неделю, — прозвучал голос Виктора.
— Я и не собиралась этого делать… — сдержанно ответила Мейбл.
Она обернулась большой купальной простыней, осторожно приоткрыла дверь и выглянула наружу, сразу же увидев Виктора.
На нем было одно лишь полотенце. Когда Мейбл попыталась проскользнуть мимо, он поймал ее и прижал к груди.
— Попалась, голубушка! Мм… как ты приятно пахнешь, — пробормотал он, склоняясь к ее шее. В следующее мгновение она ощутила прикосновение его языка.
— Прекрати… — пролепетала она, трепеща от волнения.
— Твоя кожа нежнее шелка… — шепнул Виктор, увлекая жену к постели.
— Это нечестно, — выдавила Мейбл срывающимся голосом. — Отпусти меня! Ведь ты обещал…
— Я ничего не обещал! — возразил он, повалившись вместе с женой на кровать.
— Разумеется, кроме тех клятв, которые мы с тобой дали в церкви…
— Нам обоим известно, что они чего не значат! — пискнула Мейбл, пытаясь высвободиться. Но Виктор не отпускал ее, прижимая руки к кровати.
— Обоим? Говори лучше о себе одной…
Почувствовав, что жена обмякла, он сдвинул с ее груди купальную простыню. В следующее мгновение его пальцы нежно прикоснулись к соскам.
