На нем были одни лишь пестрые плавки. Уже дважды она видела его обнаженным во время их любви, но никогда еще не имела возможности полюбоваться его великолепным телом во всей красе.
Виктор на секунду остановился у самого края бассейна, приготовившись к прыжку, потом с силой оттолкнулся и свечой вошел в воду почти без брызг. Вынырнув у противоположного бортика, он сразу же оглянулся на Мейбл, зная, что она наблюдает за ним. Та моментально отвернулась, не желая выдавать своего интереса к нему.
— Научи меня нырять! — потребовал Гэри, зачарованно глядя на отца.
Затем он принялся с воодушевлением колотить по воде руками и ногами, весело крича: — Мама, мама, иди к нам! Пожалуйста!..
— Присоединяйся! — с добродушной улыбкой поддержал сынишку Виктор. — Вода очень освежает.
— Иди сюда, мамочка!..
Досадливо поморщившись, Мейбл направилась в кабинку для переодевания и через несколько минут вышла в красном купальнике. Он казался ей слишком открытым, но другого не было. Смущаясь, она приблизилась к бортику бассейна.
При ее появлении Виктор восхищенно присвистнул.
— Превосходно! Гэри, твоя мама просто красавица!
Порозовев от смущения, Мейбл поспешила спуститься в воду. Она окунулась с головой и немного проплыла, а вынырнув, оказалась лицом к лицу с Виктором и усевшимся на его плечи Гэри. Малыш смеялся, держась за густые темные волосы отца. Играя с сыном, отец вдруг подбросил его в воздух. Взмывая вверх малыш издал пронзительный визг, полный неописуемого восторга.
— Я не хочу звать тебя Виктором, как мама, — заявил мальчуган, все трое вылезли из воды и уселись на бортике. — Теперь я буду называть тебя только папой. Мне давно хотелось иметь собственного папу!
Услыхав слова сына, Мейбл замерла. В ее душе шевельнулась и заныла старая боль, унять которую можно было, лишь зажав гордость в кулак и забыв прошлые обиды. Ее ребенок должен расти в полноценной семье, где есть и мать, и отец. Она слишком любила Гэри, чтобы лишить его этой простой человеческой радости.
И Виктора тоже любила, несмотря ни на что…
— Теперь папа у тебя есть. — Отец с улыбкой потрепал сына по головке."
"— И ты можешь всем говорить об этом, — добавила Мейбл.
Виктор быстро повернулся к ней и удивленно посмотрел в глаза.
— Хм, чего-то я не понимаю. Сегодня утром ты обращалась со мной словно со злейшим врагом, а сейчас… Что бы это значило?
Корте держался так, будто ночью ничего не случилось.
