Ты избегала встреч со мной, хотя возможность увидеться выпадала не раз. Если бы не твое упрямство, мы уже давно могли бы выяснить отношения. Воспоминание о наших поцелуях и объятиях, о том, как ты жаждала заняться со мною любовью, надолго засело в моей памяти.
Мейбл порывисто встала, чувствуя, что еще секунда, и она взорвется.
— Тебе вздумалось потешиться надо мной? В таком случае прости, но я лучше вернусь к Розали и малышкам…
Корте тоже поднялся, выпрямившись во весь рост и сразу заставив ощутить его физически.
— Извини, дорогая.
Вижу, ты до сих пор не можешь простить мне то, что я позволил в Оксфорде. Однако заметь — не я первый заговорил об этом. И не укоряй меня, что я воспользовался представившейся возможностью хоть как-то объясниться.
Потемневшие глаза Корте напоминали небо перед бурей. Оброненные им слова заставили Мейбл лихорадочно соображать, что, собственно, он имеет в виду? Что значит «простить за позволенное им в Оксфорде»? В ее воспоминаниях единственная ночь с Виктором была полна чудесных мгновений, которые до сих пор не перестали волновать ее.
Внезапно захотелось немедленно сесть в автомобиль и что есть духу умчаться отсюда. Она могла пережить презрение Виктора или его насмешки, но только не этот взгляд, в котором как будто сквозило истинное чувство. К тому же, странное выражение пронзительных синих глаз неожиданно отозвалось в ней трепетом желания, что было уже слишком.
Корте тем временем пристально вглядывался в ее раскрасневшееся лицо.
— Останься еще на день, — тихо произнес он, — отдохнешь, посмотришь местные достопримечательности.
Мейбл продолжала стоять, не в силах отвести взгляд от удивительно красивых глаз своего искусителя.
— Прошу тебя, — добавил тот и трогательно улыбнулся. Он, конечно, знал, чем можно окончательно очаровать ее.
Крепко сжав кулачки, она отвернулась, чтобы не поддаться его чарам. Однако тут же ей вдруг пришло в голову, что судьба предоставляет отличный шанс наладить отношения с Виктором. Не пора ли смирить гордыню? Ведь рано или поздно и он, и сын узнают всю правду, и тогда…
— Экскьюзе муа, месье Корте.
Телефон… — произнесла незаметно подошедшая горничная.
Хозяин быстро спросил ее о чем-то по-французски, после чего повернулся к гостье.
— Извини, я скоро вернусь.
Проследив взглядом за направившимся к дому Виктором, Мейбл вновь села за стол и отрешенно уставилась на бокал с остатками вина. В ее душе нарастало тревожное ощущение приближающейся развязки. Очевидно, все же не стоило приезжать во Францию.
