И что он не выполняет поручения, не убивает, но… вероятность обратного слишком велика.
Память – наша совесть. Мы учимся быть людьми, ошибаясь и получая шрамы. Без памяти мы уничтожим друг друга и самих себя. С потерей памяти Лео лишился шрамов на сердце, которые делали его хорошим человеком…
Пока я размышляю об адвокате, гудки наконец-то прекращаются, и голос бабушки окутывает меня теплом, подобно огню камина зимним вечером:
– Мили, солнышко!
Помнит меня. Слава богу.
– Привет. – Я лежу на кровати, завернувшись в одеяло, смотрю в потолок.
– Как твое здоровье?
По краткому молчанию я понимаю, что плохо, но заставляю себя не задавать лишних вопросов, когда бабушка отвечает:
– Все хорошо, дорогая.
– Я приеду к тебе на следующие выходные.
– Нет, нет, не стоит, – мягко протестует она. – Не трать деньги. И тебе надо учиться, ты ведь пропустила целый месяц.
– Я быстро схватываю, бабуль. Ничего страшного. Тебе привезти что-то? Скажи, я куплю.
– У меня все есть, милая.
Я тру подбородок, зная, что бабушка лжет.
Ее пенсии ни на что не хватает. Особенно на лекарства. Пока я учусь в университете, мне платят пособие, как сироте, и я сама спрашиваю у врача, что нужно бабушке, и покупаю. А нужно так много, что на лекарства уходят все деньги. От меня бабушка помощь не примет, поэтому я попросила врача, чтобы он сказал, что таблетки выдаются бесплатно. К счастью, бабушка поверила.
Когда на всем белом свете есть лишь один родной человек, последний член семьи, то ты сделаешь все возможное для него, чего бы это ни стоило.
Если бабушки не станет, я останусь совсем одна.
Мы заканчиваем разговор, и я разрываюсь между нежными чувствами и глубокой печалью. От мысли, что бабушке становится хуже, хочется плакать. А я и без того океан слез пролила после встречи с Лео. Но, как говорит Виктор: есть боль, которую нужно прочувствовать, и погасить слезами бушующий в душе огонь, чтобы на месте пожара взрастить новый мир, лучше прежнего.
Я открываю учебник по зарубежной истории права. Адвокат то и дело забирается в мысли, и я не могу сосредоточиться, не могу выбросить из головы его изучающий взгляд.
Боже! Что за карма? Бабушка вот-вот меня забудет. Лео уже забыл!
Отвлекаясь от чтения параграфа о праве собственности в Древнем Китае, я набираю сообщение Виктору.
Удалось что-нибудь выяснить?
Пока жду ответ, вытягиваю желтую розу из букета Венеры. Подарок Дремотного. Пахнет потрясающе. Венера поставила вазу с розами у наших кроватей, чтобы наслаждаться ароматом.
