Между всем этим безумием мы захотели перекусить, но так и не получилось, потому что готовка переросла в секс на кухонной тумбе. О том, что хотели поесть, мы как-то забыли.
Я наливаю себе стакан холодной воды.
Слышу звук уведомления.
На столе лежит телефон Виктора. Видимо, забыл его здесь, когда мы переместились в душ.
Еще уведомление.
Гадство.
Ладно, одним глазком посмотрю.
Я нажимаю на сообщение. Ввожу пароль, который успела распознать по движению пальцев Виктора еще месяц назад.
Разблокировано.
Красота.
Читаю сообщение:
Старый душнила:
Стелла со всех сторон окружена связями, так что информацию об этом случае не дали. Отклонили запрос. А вот по Вальтеру кое-что есть. Молодец. Отличная работа. Расскажешь завтра остальное.
Они знают про Вальтера?
Но…
Я вижу на верхней панели значок диктофона, включаю приложение и осознаю, что он работает уже шесть часов – с момента, как Виктор в последний раз брал телефон в руки. Кажется, что у меня леденеют не только органы, но и сама душа.
Я задыхаюсь. Открываю старые записи. Их очень много. Я нажимаю на одну запись за другой. Каждый день, когда я была рядом с Виктором… каждая минута записана.
Он записал все наши разговоры.
Все!
Абсолютно…
Он передал следствию все, что я говорила?
Сбоку раздается скрип.
Я поворачиваю голову и вижу… ее.
Мое отражение скалится кровавой улыбкой. Рот Ренаты разрезан от краев губ до скул. Эта сволочь смеется и не сводит с меня взгляда безумных зеленых глаз.
«Глупая, глупая малышка Ева, – поет она, – наивная тупая дурочка…»
Я отворачиваюсь.
Среди кусков хлеба на кухонной тумбе лежит широкий, длинный нож для мяса. На блестящей металлической поверхности я опять вижу свое отражение.
«Он использовал тебя», – хохочет оно.
– Прочь, – шепчу я, хватаясь за горло.
Мне не хватает воздуха.
В горле и груди будто ржавые гвозди, они режут меня изнутри, пронзают глубже…
«Все, все, все, – поет она, как колыбельную, – он записал каждый твой шаг, ты для него просто жалкий червяк; джекпот для шпиона, который нашел глупую зайку, чтобы затем перебить всю шайку…»
Я кусаю губы до крови.
Закрываю уши, чтобы не слушать этот жуткий смех, выгоняю из головы все мысли и чувствую, как слезы бегут по щекам.
Он меня предал?
Предал…
Использовал…
Нет!
Здесь что-то другое. Виктор бы со мной так не поступил! Нужно разбудить его и поговорить, уверена: найдется разумное объяснение. Он ведь… он не мог!
Пол уходит из-под ног.
