На ее щеках слезы, и я вытираю их большими пальцами, пока изумрудные глаза лихорадочно бегают по стенам, будто по ним ползает восьминогое чудовище. – Что случилось?
Я обхватываю ее голову, заставляя посмотреть на меня, но Ева заперлась где-то глубоко в подсознании и оставила вместо себя безвольную рыдающую куклу. Ее взгляд пуст. В нем застыло само время.
– Не отдавай меня, – повторяет Ева, впиваясь пальцами в свои плечи. – Это лишь тень… оно не хочет быть тенью… оно следит… живет в каждом вдохе, но когда-нибудь настанет момент, когда оно придет, а я погружусь во тьму.
– Ева больно вцепляется в мое запястье. – Ты ведь тоже знаешь это, да? Признайся, ты видишь. Помнишь, каким оно бывает. Приходишь ко мне и каждый раз удивляешься, почему я еще здесь. А больше всего знаешь кто удивляется? Я. Я! День за днем…
Она кусает ногти. Я отрываю ее пальцы от губ, не позволяя себя калечить, и поражаюсь, как сильно, до крови, она обкусала ногти, но в ту же секунду Ева прячет ладони в рукавах белого халата и плотнее забивается в угол.
– Он вызовет ее. Вальтер снова ее позовет, он позовет… она хохочет, когда я пытаюсь изгнать, но боится, знаю, что боится… ведь одно остается за мной… жить или умирать… это только мое решение.
Она смеется. Истерически. Сквозь слезы.
За пять минут я выясняю сразу три вещи про Еву. Чем она питается (своими руками). Как тяжело ей оставаться собой. И кто сделал ее такой, причем этот кто-то – я уверен – член «Затмения», а значит, я узнал имя того, кто связан с их убийствами, а может… и с Кровавым Фантомом.
"
"Я обнимаю Еву и прижимаю к себе. Девушка забирается ко мне на руки, утыкается носом между ключицами. Возможно, я поступаю как идиот, ведь ничто не мешает Еве сейчас воткнуть нож мне в горло, но я не верю, что горячие слезы на ее щеках, опаляющие мою кожу, притворные.
Ева напугана.
Вся дрожит.
Она потерялась в своей же голове и не может вернуться. Мне это слишком хорошо знакомо. И виноват в ее состоянии я сам.
Нельзя было оставлять ее в закрытом пространстве, зная о психологических проблемах.
Я несу Еву на кровать. Одновременно поражаюсь, как это невесомое ласковое создание, которое вот-вот растает на глазах, могло кого-то убивать. Укутываю девушку в толстое одеяло и вновь беру весь этот кокон на руки со словами:
– Хочу кое-что тебе показать, принцесса.
Я толкаю ногой железную скрипящую дверь, поднимаюсь на первый этаж, на второй, а потом и на крышу.
