В среду, двадцать третьего июня, Илья проинструктировал сменщика, доложил директору о перераспределении обязанностей, насчет чего тот не возражал, и до обеда изучал документы, переданные ему Фоменко еще в понедельник, о планах ликвидации сектантства и о возрождении славянского движения. Обедать Илья пошел в задумчивом состоянии. В памяти то и дело всплывали эпизоды войны с хранителями Храма Морока, а в душе крепла уверенность, что нужно срочно отыскать Громовых и Терентия Ратникова и обменяться с ними новостями.
Обедал Пашин обычно в кафе «Полтава» на привокзальной площади, где кормили вкусно и недорого.
В среду он тоже отправился туда, решив не изменять традиции. Сел к открытому окну, где было не так жарко, заказал обед: окрошку и фритатту с кабачками, по сути – обыкновенный омлет, в который добавлялись кабачки, жареный лук, тертый сыр, зелень петрушки и базилика.
Принесли холодную окрошку, Илья взялся за ложку и встретил взгляд высокого мужчины средних лет с узким вытянутым лицом, на котором выделялись скулы и губы.
Одет мужчина был в светло-коричневый костюм, который висел на нем как на вешалке.
Несколько мгновений они смотрели друг на друга. Потом мужчина засмеялся, подошел к столу, подал руку:
– Здравия желаю, Константинович! Ехал мимо, увидел тебя в кафе, глазам не поверил. Думаю – ты или не ты? Решил проверить. Ты что в Подольске делаешь?
– Живу, – сказал удивленный Пашин, также не ожидавший увидеть давнего приятеля Виктора Скокова, служившего в Главном управлении по борьбе с организованной преступностью.
– Какими ветрами тебя сюда занесло?
Скоков сел, бросил взгляд на стол.
– Знаешь, я тоже с тобой поем, пожалуй. – Он подозвал официанта. – Когда мы с тобой в последний раз виделись? Года четыре назад? Или три?
Илья кивнул. С Виктором они пересеклись в Москве аккурат перед его походом на Ильмень-озеро, а потом он пригласил его к себе на свадьбу.
Скоков сделал заказ, посмотрел на Пашина.
– Ты не изменился.
– Ты тоже.
– Да нет, годы берут свое. Я уже и спортом бросил заниматься по-серьезному.
Ты-то форму держишь?
– Пытаюсь.
– Молодец, есть, значит, сила воли. Кстати, путешественник, что же это ты жену бросил?
Илья нахмурился.
– Ты о чем?
Виктор махнул рукой.
– Да знаю я твою историю. С месяц назад встретил твою жену в Сокольниках, разговорились, в ресторане посидели, она и пожаловалась.
– Владислава… жаловалась?
– Ну, не то чтобы… но рассказала. А я сделал вывод, что ты дурак. Одна она живет, никого у нее нет.
