Почти у самого крыльца каблук попал между тротуарными плитками, нога подвернулась, я ойкнула и свалилась на дорожку, отбросив сумку в сторону. Из неё выпал весь женский арсенал, а я зажала голеностоп руками, предполагая вывих или перелом.
Мужчина обернулся, посмотрел на меня и произнёс усмехнувшись:
- Что, от страха ноги подкашиваются?
- Кажется, перелом, - проблеяла, пытаясь разжалобить это субъекта. Ногу разрывало от боли.
Он вздохнул, сгрёб меня своими огромными лапами и закинул на плечо, скомандовав охраннику:
- Валет, собери её вещи и занеси в дом.
А сам уверенной походкой, совершенно не ощущая тяжести ноши, протопал в особняк.
Моя голова была опущена вниз, и я могла видеть только каменные ровные ступени, а затем пол, выложенный красивой мраморной плиткой с полосками золота.
Когда же меня сбросили на белый кожаный диван, даже забыла о боли в ноге, рассматривая внушительный холл с двумя колоннами и широкой лестницей на второй этаж.
Я никогда не была в таких домах. Ещё больше растерялась от атмосферы роскоши и стиля.
Навстречу хозяину вышла женщина лет пятидесяти, одетая в форменное синее платье. Скорее всего, домработница.
- Полина Андреевна, у нас пополнение в штате. Я привёз профессиональную сиделку для Эльвиры Сергеевны.
Вера Анатольевна врач, она будет делать массаж, купать маму, ставить уколы и капельницы, а также читать ей вслух книги, играть на пианино, петь и танцевать, если это потребуется.
Мы с домработницей синхронно приоткрыли рты.
Это просто какой-то сюр.
Я сплю.
Руслан усмехнулся и вывел нас из шокового состояния:
- Шучу. Танцевать не надо.
Затем подошёл к дивану, присел рядом со мной и взял за больную ногу, намереваясь расстегнуть сапог:
- Давай, показывай, что там у тебя?
Я резко отпрянула в сторону, как от прокажённого. Нога дёрнулась, боль стрелой пронзила тело до самой макушки:
- Ай, больно!
Мужчина погладил меня одной рукой по колену, успокаивая, как необъезженную кобылу:
- Тшшш… Тихо… Тихо… Я только посмотрю.
Он осторожно расстегнул молнию, снял обувь и положил мою стопу на свою ладонь.
Ступня тридцать шестого размера в его лапе смотрелась ножкой младенца. Он ощупал распухший голеностопный сустав, аккуратно покрутил стопу вправо и влево и вынес вердикт:
- Нет ни перелома, ни вывиха, просто растяжение связок. Холод, покой, фиксирующая повязка, и через пару дней будешь как новенькая.
Мне даже не верилось, что он может общаться на человеческом языке, спокойно и без рычания.
