Но Вера сегодня где-то оставила свои мозги, поэтому попыталась вырвать руку:
- Что вы делаете? Отпустите! Я вас не знаю!
Мужчина остановился и пристально уставился на меня, а потом прорычал:
- Не знаешь? А вот я тебя узнал, Верррра…
Ты та самая идиотка, которая перепутала медицинские карты, и моей матери чуть не оттяпали желчный пузырь вместо аппендикса. Пришло время платить по счетам, дорогая…
И я вспомнила, как во время интернатуры действительно совершила ошибку.
В отделении лежали две женщины с одинаковыми фамилиями.
Я, не посмотрев на номер палаты, сделала премедикацию и отвезла в операционную не ту пациентку.
Хорошо, что анестезиолог заглянул в документы, сравнил указанный там вес и фигуру лежащей на столе женщины, задумался над несоответствием...
Такого позора я в жизни не испытывала.
Сын пациентки требовал моей крови, но главврач быстро с кем-то договорился, и меня перевели в другую больницу.
Я ещё неделю плакала по ночам, ругала себя за невнимательность и представляла, что могло бы быть, если бы анестезиолог не заглянул в карту.
Села на заднее сиденье мощного чёрного внедорожника с тонированными стёклами, даже не пикнув. Сопротивление бесполезно, я в лапах хищника, лучше его не злить…
Меня тошнило от страха. Повезло, что не успела выпить кофе, иначе точно испачкала бы дорогой салон.
Мы ехали примерно час.
Сидела мышкой, сжимая в руках сумку и стараясь не стучать зубами. В машине было тепло, но я мёрзла, кутаясь в пальто и прижимаясь к спинке сиденья.
Ноги были словно набиты комками тяжёлой, свалявшейся ваты. Не представляла, как выйду из машины.
Мужчина время от времени бросал прожигающие ненавистью взгляды через зеркало заднего вида. Я сразу отворачивалась к окну, боясь сгореть в огне его ярости.
«Завтра выходной… Как хорошо, что завтра выходной. На работу не надо. Надеюсь, мы сможем договориться, и всё уладится. Он остынет.
Попрошу прощения у него и его матери. Объясню, что была после ночного дежурства и концентрация внимания упала.
Не заметила номера палаты на карте…»
Я молилась на благоразумие этого человека. Пыталась настроить себя на позитив:
«Видно, что он не бедствует. А богатство дуракам не даётся. Значит, он вполне адекватный, вменяемый, успешно ведёт бизнес, умеет вести переговоры с партнёрами.
Мы с ним поговорим, и он успокоится. Наверное, у него что-то плохое случилось, поэтому такой злой, а я просто попалась под руку…»
Маленькая девочка внутри меня плакала от бессилия.
