Рискую только я, — совершенно спокойно ответил господин Никольский своему старшему партнеру, ныне одному из самых уважаемых людей даже не города, а гора-а-аздо выше и круче. Хотя еще лет двадцать назад… Ну да ладно, то совсем другая история. И вот этот страшно респектабельный член современного общества с вульгарно красной перекошенной рожей вопил на невозмутимого Сергея Михайловича:
— Да только на полсекундочки представь, что будет с нами со всеми, если ты сольешь все счета губера или даже хотя бы его зама, а?
— Ты же знаешь, что я не солью.
— Я столько усилий предпринял, чтобы собрать их все у нас, у нас. И чтобы дать их в работу самым талантливым нашим трейдерам.
— Они просто талантливые, а я — гений.
— Да. Да, черт возьми. Ты гений. Но ты, мать твою, чокнутый гений. Ты строишь тренды, основываясь на снах и предчувствиях. Млять. Ощущениях и интуиции.
— Я хоть раз ошибся?
— А летом? Ты слил свои счета. Ты ополовинил их к чертовой бабушке.
— Свои. Имею право. Хоть один клиент пострадал?
— Нет, и слава богу, — немного снизил мощность децибеловой бури партнер.
— Викторович, ты доверил мне все свои счета, это ли не показатель моей надежности, что превыше совокупного рейтинга всех швейцарских банков?
Собеседник сорвался в очередной круг по кабинету, нервно теребя карманы брюк и крутя головой так, будто галстук душил его.
— Ладно, допустим, я переведу випов под твое единоличное управление. Что тебе это даст?
— Всего на месяц, может, на пару, если они потом сами не попросят больше, я много не прошу.
— Объяснись.
— Я за это время сделаю так, чтобы мое имя стало для них не пустым звуком.
— За каким хером?
— Я должен кое-что попросить у них.
— Ты рехнулся? О чем ты собираешься просить у них? Чего тебе еще не хватает в этой жизни?
— Не мне, — ухмыльнулся финансовый гений.
Сентябрь
В эти выходные Сергею удалось вырваться в Апольню только в воскресенье, туда и обратно. И Лилю он смог увидеть лишь мельком. Но все равно несся по трассе, по-идиотски улыбаясь во весь рот.
Просто потому, что сегодня Лиля впервые не выбросила импровизированный букет из собранных им листьев всех оттенков желтого и багрянца, который он по обыкновению оставил на капоте ее ""Нивы"". Каждый раз, когда он ехал к ней, он собирал букеты из всего, что попадалось на глаза. Просто стеблей, когда все цветы закончились, веток с красивыми листьями, листьев, когда они поменяли цвета и стали осыпаться с деревьев.
