Не говоря ни слова, он стал массировать мое тело расслабляющими движениями, чередуя их с нежными поцелуями, покрывая ими мою шею и губы, и, прежде чем перевернуть меня на живот, снова прижался к ним в томительно сладком порыве.
Оседлав мои ноги, Уэсли взял тюбик и щедро выдавил смазку себе на пальцы, затем наклонился и прикусил мое ухо.
- Сначала пальцы, чтобы как следует тебя подготовить, - прошептал он и опустился позади меня на колени.
Меня же одолевала нервная дрожь, которая заметно усилилась, стоило Уэсли потянуть меня к себе, заставляя встать на колени.
Одной рукой он бережно обхватил мой член и начал дрочить, в то время как пальцы другой неторопливо толкались внутрь. Я крепко зажмурился и стиснул зубы. Мне не было больно, но ощущение казалось странным.
Через некоторое время Уэсли вытащил пальцы и потянулся вперед, прижимаясь грудью к моей спине.
- Готов? Я не буду спешить. Скажи мне, если будет слишком больно, и я остановлюсь, - сказал он, проводя губами по моей щеке и целуя в затылок.
Его язык скользнул вниз по моей спине, и я почувствовал первое осторожное проникновение. Уэсли замер, чутко прислушиваясь к моему дыханию. Я сделал глубокий вдох, и тут же с моих губ сорвался стон боли, стоило ему надавить сильнее.
- Ты в порядке?
- Да, - прошептал я, с трудом сдерживая слезы.
Уэсли продолжил движение, и из моей груди вырвался всхлип. Тогда он остановился и стал терпеливо дожидаться, пока я приду в себя. И в этом было проявление понимания и сочувствия с его стороны.
- Про... Продолжай.
Я задыхался, комкая в руках простыню и зарываясь лицом в подушку. Его твердая плоть распирала меня изнутри, медленно проникая все глубже и глубже.
Заполнив меня до конца, Уэсли остановился, сдерживаясь из последних сил.
- Как ты? Все еще больно?
- Амм... - простонал я, не способный вымолвить и слова.
Боль постепенно уходила, и при каждом, пусть даже самом слабом, движении, меня пронизывало невообразимое удовольствие. Уэсли мягко толкнулся вперед, и я вдруг осознал, что, подстроившись под один с ним ритм, двигаюсь ему навстречу.
Одной рукой он гладил меня по спине, а другой - сжимал возбужденный член. Его толчки усилились, и я стиснул пальцы в кулаки. Слезы собрались в уголках глаз, готовые в любой момент выплеснуться наружу, и я протяжно застонал, не узнавая собственный голос.
Руки Уэсли вдруг исчезли. Схватив за бедра, он резко подтянул меня ближе, настолько, что я мог чувствовать его каждой клеточкой своего тела.
