Я просто чувствовал себя расстроенным из-за того, что недостоин тебя, и не сумел этого скрыть. Понимаешь... Я не могу не думать о том, что не заслуживаю тебя, - прошептал он наконец.
- Никогда так не говори! Это я не заслуживаю тебя, - горячо возразил я, опуская глаза. - Я люблю тебя так сильно, что иногда это даже меня пугает. И я не представляю своей жизни без тебя.
- Я чувствую то же самое. Это немного страшно, но я знаю, что хочу быть с тобой. Всегда. Независимо от того, веришь ты в вечность или нет.
Я улыбнулся и тихо рассмеялся.
Теперь это слово уже не казалось мне уместным: мне было мало того, что оно в себе заключало.
Наклонившись, Уэсли нежно меня поцеловал, и я закрыл глаза, запуская пальцы в его волосы. Наш поцелуй стал глубже, и мое тело обмякло.
- Почему ты не рассказал о Джоше? - повторил я свой вопрос, с трудом оторвавшись от таких соблазнительных губ.
- Не знаю. Я не думал, что это важно, - ответил он со вздохом.
- Сегодня мне нестерпимо захотелось ударить его. Хм, я сказал ему, чтобы он больше никогда не подходил к тебе, - признался я, припоминая свою вспышку гнева.
Мне было несколько неловко при мысли о том, что я увижу его в четверг, но все, что я сказал ему - являлось чистой правдой. Даже в своих мечтах Джош никогда не смог бы сравниться с Уэсли.
- Как бы я хотел сказать ему тоже самое. Не могу дождаться окончания этого семестра, чтобы тебе больше никогда не пришлось встречаться с этим придурком, - прокомментировал Уэсли, приобняв меня сильнее, словно защищая от всего мира.
Ласкаясь, я провел носом по его подбородку и шее, выражая молчаливое согласие.
Никто и ничто не имело значения, потому что самый красивый, умный, обаятельный и сексуальный парень в мире сейчас обнимал меня. И я точно знал, что мне не придется его ни с кем делить. Пускай подобное чувство больше всего походило на эгоизм, но меня это мало волновало.
Уэсли принадлежал мне. Целиком. И никому другому не было места в нашей жизни.
Глава 34
Я перевел взгляд с Жанин на парня, сидящего напротив меня.
Обе его руки и заднюю часть шеи покрывали татуировки, а в брови и губе был пирсинг. И это ему шло, придавая особенную привлекательность в современном смысле этого слова. Навскидку ему можно было дать двадцать четыре - двадцать пять.
Захватив мой язык зажимом, по сути напоминающим обычные щипцы, он вытянул его наружу и пометил центр специальным синим маркером.
- Хорошо, сейчас ты почувствуешь небольшое давление, но оно не должно быть болезненным, - пояснил он.
