Где-то в глубине бьётся мысль, что а вдруг это опасно, но я напоминаю себе слова врача, что у меня всё хорошо, и секс совершенно неопасен. Расслабляюсь и опускаюсь полностью.
Пальцы Богдана сильнее сжимаются на моих бёдрах, а сам он громко выдыхает.
– Хорошо как, Белочка, как же хорошо… - шепчет и начинает помогать мне медленно двигаться на нём.
Действительно хорошо. Очень.
Я даже не устаю в этой позе, как обычно, потому что он своими крепкими большими ладонями поддерживает под бёдра и помогает с ритмом.
Оргазм настигает меня и Богдана с разницей в несколько секунд.
Он вжимается в меня снизу, прижимая к своим бёдрам и пульсирует спермой теперь внутри, а я откидываю голову назад и зажмуриваюсь, ловлю разноцветные круги под закрытыми веками, а потом падаю ему на грудь в изнеможении.
Кайф.
– Можно же было кончать? Я так понимаю, предохраняться уже не надо?
– Очевидно, что нет, - смеюсь ему в шею. - Раньше надо было спрашивать.
– Ну и по фигу, - гладит меня по волосам, а я слушаю, как быстро и напряжённо после пережитого оргазма стучит сердце в его груди.
- Зато у нас будут детки. Интересно, рыжие получатся?
– А у них есть выбор? - снова хихикаю. Как же с ним хорошо!
– Очевидно, что нет, - отвечает моими же словами и тоже тихо смеётся.
Богдан выскальзывает из меня, сгребает в охапку и так мы оба и засыпаем.
А вот просыпаемся от того, что щёлкает замок входной двери и кто-то начинает копошиться в прихожей.
20
У меня внутри всё холодеет от ужаса. Услышать, что кроме тебя в квартире, в которой ты живёшь одна, кто-то есть - страшно до дрожи.
И если бы не Богдан рядом, я бы уже точно сердечный приступ поймала.
Я хватаю его за руку и замираю. Он тоже прислушивается, садится.
– У кого ещё есть ключи?
– У бабушки. Но она в деревне и никогда бы без предупреждения не приехала. Ещё у Коли.
– Понятно.
Богдан решительно встаёт и натягивает брюки прямо на голое тело. А я зажмуриваюсь. Коле кранты. Ну и сам себе виноват.
– Богдан, осторожнее, чтобы он потом тебе проблем не устроил, - прошу.
– Белочка, думаешь, я боюсь его?
– Нет! - восклицаю громким шёпотом. - Конечно, нет. Просто он, как оказалось, из дерьма слеплен. Потом по адвокатам бегать будет.
– Ага, смотри, чтобы не устал, - усмехается мой Медведь и распахивает решительно дверь в коридор.
– И хули ты тут забыл? - раздаётся громогласное по моей квартире.
Я набрасываю халат и, встав на цыпочки, выглядываю из-за плеча Богдана. Вижу растерянного Колю у комода.
