Спектакль испортил «медвежатник», вращавший ручки кодового замка на сейфе, забывшись, сказал с веселой простотой:
— Готово, товарищ генерал! Отщелкал… Смена радиорубки, как по команде, вскинула головы, видно, показалось, ослышались.
— Ладно, мужики, комедия кончилась, — заключил дед Мазай. — Вам повезло. Все это лишь учения морского спецназа. Верно сказано, тепленьких взяли. А вы проворонили… Вызывайте мне капитана корабля и начальника особого отдела. Объявляйте им тревогу. Думаю, причина для этого есть.
— А документы ваши можно? — несмело спросил офицер.
— Милый мой, какие тебе документы? — вздохнул генерал. — Шпионов надо было ловить раньше, когда собака на палубе залаяла, — еще не поздно было. А теперь вы все пленные, так что выполняй приказ, играй тревогу своему капитану, только не боевую — учебную, чтобы не поднимал шума.
Пока ожидали прибытия на борт командира корабля и особиста, бойцы перешерстили сейф и нашли распоряжение — в определенное время отключать канал космической связи и глушить наземную радиостанцию, Работающую из военного городка локаторщиков.
Без объяснения каких-либо причин — нечто вроде обязательного задания, не требующего дополнительной информации. И морячки спокойно выполняли его наряду с множеством остальных требований по службе: никто бы и не стал задавать лишних вопросов. Для боевого корабля это было нормально, приказы командиров не обсуждаются, так что этих ребят остается только пожалеть, ибо после «освобождения» флагмана начнется суровая разборка…
Капитан и особист явились в сопровождении конвоя из «тройки» Головерова, который успел уже разоружить начальство и сообщить, что корабль захвачен морским спецназом.
Капитан «Адмирала Кузнецова» с трудом скрывал гнев, смотрел исподлобья и одновременно был отвлеченно-задумчивым, должно быть, сочинял в уме, как станет докладывать командующему флотом. Особист в морской форме капитана второго ранга, какой-то тихий и невзрачный, вежливо козырнул генералу и попросил документы. Генерал увел его из радиорубки на палубу; там сдернул маску с лица и, пока «кавторанг» изучал документы, подышал свежим, по-утреннему чистым воздухом.
— Все в порядке, товарищ генерал, — вымолвил наконец особист.
— У меня-то в порядке, а у тебя, брат, бардак, — облокотившись на леера, произнес дед Мазай. — Флагман можно голыми руками взять. Отпор оказали дог и какой-то похмельный офицер… Я вынужден доложить твоему начальству.
— Разве в этом моя вина? — спокойно сказал «кавторанг».