Выглядела она донельзя спокойной, а в глазах ее приятеля горел азарт.
Я пожала плечами:
— Не бросать же несчастную собаку на растерзание вашим инспекторам.
— Они и сами не горели желанием с ней разбираться, — фыркнул Хеймир. — Три месяца караулили, чтобы представить Правящей герцогине Найгерд результат своего труда. Все силы потратили, чтобы поймать ее. Но теперь все ждут, что Бешеная сожрет тебя.
Парень бросил на меня оценивающий взгляд.
— Пока не пытается, — пожала плечами я.
А затем пожаловалась:
— Не знаю, что делать с упряжью.
Тира посмотрела на остатки ремней в моих руках и посоветовала:
— Отнеси в отдел снабжения. Думаю, кто-нибудь из мастеров согласится вытащить эти камни и вставить их в новое снаряжение.
Хеймир удивленно воззрился на свою подругу:
— Ты так говоришь, будто она собирается летать на этом байланге.
Та в ответ неопределенно пожала плечами и улыбнулась. А я почувствовала прилив благодарности к девушке. А затем коснулась магией запора на воротах. Тихий щелчок оповестил меня, что теперь Бешеная заперта.
Нужно придумать ей другое имя и переделать еще кучу дел.
— Погоди, — внезапно спохватился Хеймир. — Тут Сигмунд Халворсон тебе кое-что передал.
Я приняла из его рук книгу и спросила:
— Что это?
— Справочник по уходу за байлангами, — пояснила Тира. — Ты же ничего о них не знаешь.
— Твои друзья ушли на тренировку с мечами, — добавил Хеймир. — Но тебе Ледяной велел заниматься Бешеной.
Я прижала книгу к груди, распрощалась со старшекурсниками и помчалась в Академию.
Сказать, что на меня косились, значит не сказать ничего. Меня всю дорогу сопровождали шепотки:
— Говорят, Бешеная чуть не сожрала ее…
— Не зря ее не выбрали байланги…
— Ледяной заставил ее ухаживать за этой зубастой тварью…
— Спорим, что как только Бешеная встанет на ноги, оттяпает ей голову?..
Большую часть этих слов я пропустила мимо ушей. Но типа, который бился об заклад, что мне оторвут голову, на всякий случай запомнила. Если Лейф предложит мне сыграть следующую шутку с этим тощим светловолосым старшекурсником, точно соглашусь!
Я готовилась к тому, что в отделе снабжения придется упрашивать переделать ремни и готовила свои самые очаровательные улыбки.
Но старик, который занимался упряжью, согласился неожиданно легко. Получив обещание, что к среде все будет готово, я отправилась обратно.
Остаток времени до ужина я провела в сарае, возле спящей собаки, изучая справочник. За ужином царило обескураженное молчание.
