Только что взошедший на престол самодержец сказал Алексею одну фразу и пошел дальше вдоль шеренги представляющихся. Вторая встреча была после возвращения Лыкова из Дагестана. Военный министр ходатайствовал о награждении его, гражданского чиновника, орденом с мечами. Это не полагалось, и государь противился. Тогда Ванновский рассказал о подробностях экспедиции к заснеженной вершине горы Аддала-Шухгельмеэр. Там скрывалась шайка абреков, руководимая резидентом турецкой разведки. Половина нашего отряда погибла на ледниках и перевалах.
А Лыкова и Таубе абреки захватили в плен и хотели жестоко казнить. Их спасли случайность и удивительное везение… Услышав такие детали, государь захотел поговорить с храбрецом. Лыков удостоился получасовой беседы, по итогам которой получил из августейших рук Анну второй степени с мечами. Он был польщен, но на глаза Его Величеству больше не лез, знал свое место.
А дежурства! Камер-юнкеры изредка тоже приглашаются к высочайшему дежурству, но только возле императрицы.
Когда Лыкову выпала очередь, он пошел во дворец с опаской. Барон Таубе заранее подготовил приятеля, рассказав ему о Марии Федоровне нелицеприятные вещи. Женщина недалекая и склонная к глупым интригам, она развлекалась сплетнями. А еще любила ни с того ни с сего выказать вдруг холодность жене какого-нибудь министра. И смотреть, как та переживает и теряется в догадках, чем не угодила… Датчанка, она проела всю плешь мужу по поводу «гадких немцев».
И в нынешних дурных отношениях между Россией и Германией велика и ее заслуга.
Так все и оказалось. Алексей отдежурил сутки, изнемогая от безделья и глупых церемоний. Государыня была вежлива, но раздражительна. С самого начала она пробовала уесть молодого камер-юнкера, а когда поняла, что ему это безразлично, – рассердилась. И велела больше «этого невежу» к дежурству не призывать. Сыщик был очень доволен.
Когда он женился, пришло другое испытание – балы. Варенька по знатности и богатству входила в высший свет обеих столиц.
В Москве родни было больше, но и в Петербурге ее хватало. Изящная наружность быстро вывела ее в ряды первых красавиц. При этом Варвара Александровна еще и любила танцевать… Лыков, совсем не светский, в танцоры не годился и пустых развлечений не терпел. И всегда забывал подать даме руку в пятой фигуре кадрили… Он послушно сопровождал жену на балы, наблюдал со стороны ее успехи, а сам маялся.
