В балаганах, что во дворе, скупают и хранят краденое. Однако сделано так, будто сам Кобозев ни при чем, все отдано в аренду и скупку ведут приказчики. Ночью украли, под утро перешили и тут же выставили на Толкучем. Хозяин свою вещь уже не опознает.
– Облавы делали?
– Последний раз еще при Иване Дмитриевиче[9], десять лет назад. Как стал Кобозев большой благотворитель, ходить туда мы прекратили. Начальство не одобряло…
Лыков понял затруднение коллежского советника. Артели тряпичников тесно связаны с ворами и часто руководят ими.
Тряпичники – и наводчики, и скупщики. Двадцать хозяев таких артелей держат весь воровской оборот столицы. У каждого свой «пчельник», свои шайки на прикорме, свои ночные портные и подпольные ломбарды. Высокий забор и злые собаки охраняют дом от непрошеных гостей. Разбогатев, хозяин артели ставит на довольствие участкового пристава и околоточного. Еще избирается в гласные думы, обзаводится посредниками и присяжными поверенными. И делается для полиции неуязвим.
– Платон Сергеевич, а может, это шанс? Найдем сегодня ночью на кобозевском заводе покойника – и прижмем стервеца?
Вощинин с сомнением покачал головой:
– Не сам же он будет его в печь совать? Но хоть кровь попортим аспиду. Так что новость все равно хорошая. Теперь главное не спугнуть!
Сыщики воротились к Гусиной Лапе. Тот сидел безучастный и скучал.
– Ваше высокоблагородие, на Шпалерной скоро ужин подадут! Я ж из-за своей доброты и голодным останусь! Это рази правильно?
– Последние два вопроса, Вафусий, и поедешь шамать, – успокоил фартового Лыков.
– От кого ты узнал про покойника?
– В трактире подслушал, в «Любиме».
– «Любимов» в городе тоже не один. Это который на углу Виндавской и Динабургской?
– Точно.
– Кобозева заведение, – пояснил Вощинин. – Все сходится!
– А кто с кем разговаривал? – продолжил расспросы Алексей.
– Да два галмана, от сохи пришли водки попить. На вид – истопники. Черные все!
– Что именно они сказали?
– Всего и баяли, что ночью палить кого-то привезут.
По петуху[10] им обещано. Все, боле ничего не знаю, жрать хочу!"
"Налетчика увезли в домзак, но Вощинин велел поместить его в одиночку. Если облава даст результат, утром он понадобится для опознания. А сыщики начали подготовку к ночной вылазке.
Так Лыков, сам того не желая, оказался втянут в операцию чужого ведомства. Ему пришлось телефонировать Дурново, объяснять ситуацию и просить разрешения.
