По всему телу – словно всполохи. Его фантомные прикосновения.
- Хорошо, - опять повторяет он, - посмотрим, как ты умеешь отвечать за свои слова, малышка. Дверь защелкни.
5.
Переход от издевательского тона к приказному настолько неожиданный, что я не задумываюсь. Просто протягиваю руку и защелкиваю замок на двери.
- Сюда иди.
Плеть. У него в руках. В его голосе. Щелк!"
"И я иду.
Удивляясь самой себе. С предвкушением и острой тянущей болью. В сердце. И ниже.
- А ты смелая, да? Малышка?
Не отвечаю. Ему мои ответы и не нужны.
Он разглядывает меня. С болью и каким-то исследовательским натуралистическим интересом. А мне , наверно, должно быть гадко от этого. Но не гадко.
Это же он.
Я все понимаю.
Я не дура.
Я знаю, для чего он это делает. Что им движет. Чего он добивается.
Почему он нарочито груб и не отворачивает лицо. Заставляет меня смотреть. Вернее, думает, что заставляет.
Потому что меня не надо заставлять. Я делаю это сама. С удовольствием.
Каким-то дурацким шрамам на коже не скрыть его лицо.
Это невозможно. Это даже смешно представить.
Шрамы – они всего лишь сверху. А внутри – он все тот же. Смелый, веселый, отчаянный и добрый парень, который вытащил меня, непутевую дурочку, из-под кровати в задымленной квартире, который ласково убирал слабые руки, вцепившиеся ему в куртку и мешающие нормально перехватить под коленками, который разговаривал со мной, без увещеваний и злости, спокойно и ласково. Который ушел спасать других людей. И обещал вернуться.
Он хочет мне что-то доказать.
Показать.
Он плохо меня знает.
Я наклоняюсь и целую его. Нежно-нежно, едва касаясь подживающей кожи губами. Я не хочу причинить боль.
Петр выдыхает. Резко. Кулаки сжимаются, словно он… Едва сдерживается, чтоб не оттолкнуть. Но не отталкивает.
Я глажу, аккуратно, провожу кончиками пальцев по груди, ниже, живот, сокращающийся чутко под ладошкой, твердый… Боже, какое блаженство! Я об этом и не мечтала…
Ниже, к резинке спортивных штанов.
Сердце колотится, о ребра стучит, стучит, стучит…
- Убери руки, малышка…
Остановилось.
- Хватит. Прости меня.
Мои ладони перехватывают его тяжелые пальцы. Он не позволяет больше до себя дотрагиваться.
Но я хочу!
Черт, я так хочу! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!!! Хотя бы один раз! Пожалуйста…
Наверно, я это шепчу.
Наверно.
Не знаю, все заволакивает слезами. Я неопытна. Я не умею уговаривать мужчину на секс!
Не умею! Но я… Я делаю все, что возможно в этой ситуации.
