– Так, фасад слегка подправлю.
Архипов, пусть и умеет держать удар, но у Федора Львовича рука крайне тяжелая. Да и «поплыл» Сеня, расслабился после близости с любимой. В крови все еще плещется нежность к ней. Впрочем, он теперь навечно сросся с этими чувствами, потому что его любовь к Ясмине никогда не иссякнет.
Арсений не пытается устоять. Падает навзничь на пол. Хорошо, что ковер мягкий, и падение не так ощущается, как могло бы.
– Феденька! – взвизгивает мама Ясмины и подныривает под руку мужа, а ладонями упирается в его грудь.
– Папа! – очень громко кричит Яся и подбегает к Ареснию.
Он пытается улыбнуться, сказать, что все с ним в порядке. Но губы вообще не слушаются.
Ясмина обхватывает его голову ладонями, стирает кровь с его лица краем футболки, смотрит в его глаза встревоженно.
– Не плачь, солнышко, ерунда, – бормочет Архипов.
– Угу, – всхлипывает Ясмина, – он тебе нос сломал.
– Фигня, – возражает парень, – так даже лучше, чем было. И потом, плевать на нос, если ты меня и такого будешь любить.
Будешь?
– Буду! – отвечает она твердо, тянется, целует в уголок рта. – Но врачу надо показать.
Архипов не хочет спорить с ней. Раз надо, значит, сделает. У него сейчас совсем иные заботы.
– Яська...
– М?
– Ну, Ясь?
– Помолчи, Архипов, – шепчет она возмущенно и продолжает стирать кровь с его лица, – я смою кровь, и поедем к врачу.
– Да жив он! – фыркает Белявский. – Лед приложить, и как новенький будет.
– Как ты мог, папа?! – шипит Ясмина, а Арсений вовремя перехватывает девочку за локоть.
– Все в порядке, любимая, – подмигивает Архипов, поднимается на ноги и смотрит на родителей Ясмины: – Давайте выпьем, дядь Федя?
– По какому такому поводу? – усмехается Белявский, скрестив руки на груди
– По свадебному, – продолжает говорить Архипов, – отдайте за меня Ясмину.
– Чего это? – уточняет насмешливо Федор Львович. – Мы ей кого получше найдем. Без всяких заграниц, разъездов и фанаток.
– Мне никто не нужен! – возражает Ясмина, а когда Сеня собирается вмешаться, добавляет: – Только Арсений! Пап! Я люблю Архипова, ясно?
Арсений улыбается, как чумной.
Ну вот, а он не надеется, по крайней мере, вот так быстро услышать эти заветные слова.
– Прошу нас простить, – заговаривает Архипов, – Борь, ты знаешь, где там и что. Мы сейчас.
Сеня закрывает двери перед носом Белявских, притягивает Ясмину ближе к себе, обнимает так, что, кажется, у девочки сейчас треснут кости. Но у него нет сил, чтобы ослабить хватку.
– Яська...
– М?
– Ясмин...
