Дурацкая задача!
Кто говорил, что математика — мой конек? Очевидно, все же, нет.
* * *При виде папы я немного теряюсь. Он выглядит намного хуже, чем я ожидала. Можно было бы даже бросить, казалось бы, заезженную фразу: я его едва узнала. Но замешательство быстро рассеивается. Безусловно, я его узнаю. Пусть не с первых секунд. Это происходит благодаря его походке, каким-то особенным движениям тела, которые, так или иначе, имеются у каждого человека.
— Папочка… — растягиваю, осторожно прижимаясь к груди отца. Он худой, осунувшийся, бледный.
Но это ведь не страшно? Дома и стены лечат. Питание и забота быстро помогут ему пойти на поправку. — Как же я скучала! Как же хорошо, что ты вернулся!
— Надо было раньше все бросить…
Вижу, что тронут встречей не меньше меня. Глаза прячет.
— Нет, нельзя было… — возражаю я, утирая слезы. — Все хорошо… Теперь все хорошо!
В отцовском доме мы не можем наговориться. Точнее, я, конечно. Папа лишь с улыбкой слушает мою трескотню и в нужных местах вставляет лаконичные комментарии или же просто кивает.
— Пааап, мне восемнадцать, а не восемь, — смеюсь над подарками. — Я давно не играю в куклы.
— Я больше не знаю, что тебе дарить, — почти беззвучно хохочет отец. — Застрял в том периоде, когда ты радовалась триста первой кукле. Но эта кукла не простая.
— Золотая? — все еще смеюсь, но проворачиваю подарок осторожно.
— Антикварная.
— Красивая.
— Оставишь своей дочери.
Беззаботное хихиканье резко заканчивается кашлем. Не ожидала от папы чего-то подобного.
— А если у меня будет сын?
— Тогда внучке, — улыбается еще задорнее.
— Стратегическое решение. Мне нравится!
— Вот и отлично!
— Паа-ап, Тоня пусть с тобой остается, — перехожу к важному для всех нас моменту. — Пожалуйста, не спеши возражать мне. Сам рассуди здраво! У меня все отлично. Мы с Саульским поладили, и вообще… — краснею, а осознавая это, краснею еще сильнее. — Возражения не принимаются! Если тебе Тоня не нужна, я ее уволю.
— Уж зная твое баранье упрямство, не сомневаюсь, — добродушно ворчит отец.
— Ладно, пусть остается со мной.
Сдерживаю откровенное ликование, будто и правда изначально была уверена в своей победе.
— Я к тебе каждый день приезжать буду. Сразу после занятий. Ты не скучай тут, хорошо? Я тебе книг новых накупила. Зарубежные детективы, как ты любишь. Еще партию новинок ждут к концу недели, я просила отложить… Только если почувствуешь какой-то дискомфорт, не выделывайся, пожалуйста. Врач сказал глаза беречь. Я приеду, почитаю.
