— Соси еще, — отрывисто давит Саульский. — Соси, принцесса."
"Ладонью не подталкивает. Ждёт. Секунды его терпения иссякают. А я ведь не хочу, чтобы меня принуждали силой. Обхватываю его рукой. Вздрагиваю, не члена касаясь — его пальцев. Не знаю, почему так происходит, но именно этот контакт кажется очень интимным. С облегчением выдыхаю, когда Сауль убирает свою ладонь. Как он и требует, не отрывая взгляда, вновь беру в рот. Слегка посасываю, на ходу прикидывая, не покажется ли мне это смешным и нелепым. Нет, тягучий жар в животе возобновляется.
Бьющееся на разрыв сердце толкает по венам густую, насыщенную взорванными гормонами кровь.
Я пылаю. С головы до ног пылаю.
Усердно сосу Саульскому член и, господи боже мой, получаю удовольствие!
Стискивая ладонью мой затылок, он толкается бедрами, и я судорожно сжимаю губы, чтобы не впускать его слишком глубоко. Тогда Сауль перемещает руку мне на шею и силой входит до упора. Чувствую его на задней стенке горла. Глаза заполняются слезами. Упираюсь ладонями.
Сопротивляюсь.
И он отпускает. Совсем неделикатно выдергивает член. Прихватывая мой подбородок, ведет большим пальцем по распухшим влажным губам. Вдавливает нижнюю внутрь. Зачем? Должна ли я сосать еще и его палец?
— Ложись на кровать.
Отступает ровно на шаг.
— Мне нужно снять фату, — поднимаясь, старательно вытираю ладонью слюну с губ и подбородка.
— Трусы и лифчик сними. Фату потом.
Стараюсь провернуть эти манипуляции, сохраняя достоинство. Хотя от пережитого чувственного шока тело так и колотит.
Нагота меня не смущает. Стесняться нечего. С фигурой у меня все нормально. Только не знаю, конечно, как ее оценивает Сауль. На него посмотреть все же не решаюсь.
— Ложись.
Забираясь на кровать, поддаюсь новой волне паники. Он будет трогать меня там и узнает, что я возбудилась.
Вот стыд!
Гасит верхний свет, оставляя только лампы на тумбочках.
Матрас мягко проседает. И я резко вздыхаю, когда Сауль накрывает меня собой. Я никогда не была так близко к мужчине.
Он горячий и твердый. Но мне будто холодно становится — бьет ознобом. Не предполагала, что жар голого мужского тела может оказывать такое воздействие. У меня кружится голова. Я задыхаюсь. Схожу с ума.
Он склоняет голову, ведет носом по моей щеке. А я стараюсь дышать ртом, чтобы не родниться с ним запахами. Не запоминать. Не переплетаться. Просто дышать… Но его запах обволакивает. Проникает в меня. Он сильный, насыщенный, терпкий. И вкусный.
