Мурат опасно переворачивается на кровати.
Подобно каменному изваянию, Денис замирает на месте. Котов поначалу сонно мажет по нему взглядом, затем в его глазах загорается раздражение, смешанное с разочарованием. В точности как было вчера, когда он застукал Дениса за шпионством.
– Пожалуйста, прости. – И непонятно толком, за что именно «прости».
Мурат бурчит без какой-либо силы:
– Проваливай.
Это прозвучало так, будто он обижается на Дениса, словно они друзья всю жизнь и Мурат куксится из-за какой-то мелкой пакости.
Юрка однажды так дулся, когда Денис втихаря доел последний кусок пиццы и с ним не поделился. Но Мурат не Юрка. Мурату не на что открыто обижаться. Зато есть за что презирать."
"Денис находит свои новые кеды в углу прихожей. Облеванные вдоль и поперек – смотреть страшно. Ему на самом деле не кажется, что дома его ждет разнос по полной программе, потому что, когда он заявляется на порог, раздраженная Катя не требует чего-то более информативного, чем пристыженное «ну-у-у». Она ругается.
Не так, конечно, как на непослушного ребенка, с попытками перевоспитания, скорее, как на взрослого человека, что исчез почти на сутки.
– Где твоя голова, Дениска? Если нет таковой, то телефон-то должен быть. Ты мог сам позвонить и предупредить. Почему вместо тебя это делают друзья? Нам вчера в час ночи позвонил Мурат. Мы бы так до самого утра промаялись, если бы он не сказал, что тебя Слава забрал.
– Бабуля уже, наверное, маме доложила, да? – кисло уточняет Денис. Мурат спас его умелой ложью.
В этом поступке нет никакого подтекста, но Денис упрямо его видит.
Он копошится у стиральной машинки, закидывая многострадальные кеды. Катя скрещивает руки на груди и провожает каждое его действие въедливым взглядом, молча намекая, что разговор не закончен.
Вопреки ожиданиям, бабушка не злится.
– Когда-то у твоего отца тоже мозги набекрень были. Он тоже в свои девятнадцать ночами напролет шарахался не пойми где.
Денис с притворной серьезностью отвечает:
– Я не пил вообще-то.
Бабушка смеется, затем озвучивает все бытовые пытки на сегодня и добавляет, что не политый вчера огород его стороной не обойдет.
* * *Денис пятится задом к выходу, домывая прихожую, когда в дверях появляется Слава. Выглядит он опять не очень: серый на лицо, вымотавшийся, будто часом ранее разгружал вагоны. Бабушка быстро втягивает его в дом, по пути костеря за то, что за внуком не уследил. Денис уныло выжимает половую тряпку, боясь поднять на Славу глаза.
