– У нас, знаете, в школе полтора землекопа училось. И все.
Генка специально строил из себя дурачка, потому что понимал: чем он глупее, тем с него меньше спроса. И тактика работала, весь класс принял новенького в первый же день, и у Кирилла заметно уменьшилось количество писем.
Женя Зоркий, один из самых известных и обеспеченных в школе, в начале стал для Генки заботливым братцем, сдувающим с него пылинки, а затем заделался защитником, в котором затюканный Генка так остро нуждался. Женя вообще темная лошадка: внук директора, активист, твердый ударник, когда-то выдвигал свою кандидатуру на роль старосты.
У него куча связей и среди старшеклассников своя устоявшаяся компания. В далеком будущем Кириллу предстоит задуматься о том, что с таким влиянием Женя вполне мог отжать у Пыги лавры, но о стрелке почему-то никто из них не заикался, хоть подобная конкуренция и принесет кучу проблем школе.
– Чего там бояться? Обычные старшеклассники, такие же люди, как и мы. – Женя отдал Генке свой кекс. Кирилл молча надеялся, что когда-нибудь этот тошнотворный броманс развалится.
– У меня слишком сырые работы. У других, наверное, в сто раз лучше. А вдруг меня засмеют? – Генка все ныл."
"У его подноса лежала папка с рисунками на выставку. Отличными рисунками, не такими уж и сырыми. Пусть Кирилл ничего не смыслил в рисовании, но его не покидала мысль, что Генка прибеднялся специально.
– Не нужно так переживать. – Кирилл ему медово улыбнулся. – Чем чаще будешь участвовать в жизни школы, тем скорее ко всему привыкнешь.
Я рядом буду и, если совсем плохо станет, разрешаю подержаться за мое плечо.
Новенький кивнул несколько раз. К величайшему облегчению, Женя закончил есть и собирался сходить с ним в туалет. Стулья отодвинулись, заскрипели по полу. Кто-то окликнул Женю со стороны выхода. Тот, закинув рюкзак на одно плечо, озадаченно заозирался. К их столику прибежали двое мальчишек на год младше. Они торопливо поздоровались с Кириллом, затем обеспокоено попросили Женю выйти с ними в коридор, один даже вцепился в рукав его пиджака.
Второй уставился на Гену так, словно догадался о чем-то неприятном, и задал вопрос.
– Ты же к нам недавно перевелся, да?
Гена нервно кивнул. Те двое приблизились к уху Зоркого, принялись о чем-то испуганно шептать. Женя молча и строго взял Гену за локоть, будто тот напакостил кому-то, и они вчетвером покинули столовую под вопросительным взглядом Кирилла.
На следующей перемене вся школа знала о скором переводе Лапыгина Ильи.
