- Ты не устал лежать в одной позе, нет? Давай я хотя бы поправлю тебе подушку, - бормочу я.
Привстаю и поправляю. Пальцы Демьяна ухватывают край моей кофты.
Он дергает, и я непроизвольно валюсь прямо на него. Еле успеваю выставить руки, чтобы мы не тюкнулись лбами и носами.
- Демьян, - шепчу я, а он пристально вглядывается в мои глаза. – Отпусти, пожалуйста.
Он отпускает, и я поскорее выпрямляюсь.
- Зачем ты приезжаешь ко мне? – повторяет он вопрос.
- Наверное, потому, - произношу осторожно, следя за тем, чтобы голос не дрожал, - что ты.
..Что ты подверг свою жизнь риску из-за нас.
- Ага. А риск произошел потому, что вы засветились рядом со мной. Сидели бы в своем Му…деревне, и там бы про вас сто лет никто не узнал. Так что...никаких жертв с моей стороны."
"- Я приму это к сведению, - киваю я.
Поднимаюсь с кровати, и медленно отхожу к окну.
- Врач сообщил тебе мой диагноз? – спрашивает вдруг Демьян.
Я разворачиваюсь, и вскидываю на него глаза.
- Он не сказал ничего такого, что бы меня испугало, - медленно проговаривая слова произношу я, в то время как Демьян цепко следит за моим лицом.
- Да?
На его губах появляется саркастическая ухмылка.
- Да, - уверенно подтверждаю я. – Это…означает, что ты бесишь меня по-прежнему, и если я захочу что-то высказать тебе, то на твое состояние не посмотрю.
Демьян смеется, и, хоть смех его невеселый, мне становится немного легче.
Все же, видеть его лежащим под капельницами то еще испытание.
Думаю, если бы не его надменный вид, я бы давно сорвалась и на эмоциях наговорила лишнего. Например, что ночами не сплю, так переживаю за него.
И что чуть было не перешла на прикорм смесями, потому что в один из дней молока стало критически мало, оно почти что пропало совсем. И только огромным усилием воли мне удалось подавить свои панику и страх.
- Возможно, я не смогу больше ходить, - говорит Демьян настолько безразличным и будничным тоном, что мне сейчас же становится его жаль.
Потому что за этим напускным безразличием я, конечно же, улавливаю отчаяние.
- Возможно, - соглашаюсь я, прекрасно понимая, что жалость его просто убьет, - но у людей бывают и более страшные диагнозы. В конце концов, ты всего лишь не сможешь танцевать, а ты итак этого не любишь, а дела предпочитаешь решать, сидя в своем кресле, либо лежа в шезлонге в какой-нибудь жаркой стране. Что еще. Передвигаешься ты чаще всего на своем авто.
