В его жизни слишком часто от промедления зависело слишком много
— Ее зовут Рената. Она сбежала от мужа абьюзера. Он избивал ее, унижал, запугивал. Сейчас она у меня. Беременна. Боится. Ни документов, ни поддержки. И я не могу просто стоять в стороне.
Голос срывался на вдохах, но Степан держался. Он спасал десятки чужих жизней. Но сейчас на кону стояла одна, и она была дороже всех.
Вадим Юрьевич не перебивал. Молча курил, прислушиваясь. Его лицо казалось каменным, но глаза выдали напряжение.
— И? Что вы хотите от меня? — наконец спросил он.
— Как мне защитить Ренату? Её и ребёнка. Чтобы этот урод оставил их в покое. Чтобы она могла спокойно жить и не оглядываться.
— Никак, — прокурор пожал плечами, будто речь шла о чём-то незначительном. — Это семейное дело. Если вмешаетесь, сделаете только хуже. Оставьте девушку в покое.
Внутри у Степана все взорвалось. Он шагнул ближе, голос сорвался:
— Вы в своём уме? Он может ее покалечить. Она боится его, боится за ребёнка. А вы мне предлагаете отступиться?
Вадим поднял на него внимательный взгляд.
— Вполне. Разница менталитетов сделает свое дело. Как бы вы ни боролись, она все равно вернется к мужу. Рано или поздно. Ничто ее не остановит.
— Он её ломал. Бил. Подавлял, — прорычал Степа. — Я не позволю ей вернуться в этот ад.
— Доказательства? — приподнял бровь Вадим. — Заявления в полицию? Справки из травмпункта?
Степан сжал кулаки.
— Ничего нет.... Она просто сбежала от него.
— Тогда вы ничего не докажете, — прокурор крепко затянулся. — Мы живем в правовом государстве.
Эмоции — не статья УК. Их к делу не пришьешь.
— А если она решится? Напишет заявление? Пройдет освидетельствование?
Вадим затушил сигарету и поднял на Степу усталый взгляд.
— Вы уверены, что она пойдет до конца? Что не дрогнет? Не испугается, как тысячи других?
Степан посмотрел ему прямо в глаза. Сурово. Без страха.
— Я ручаюсь за неё.
Наступила тишина. Ян сделал полшага вперед.
— Вадим Юрьевич, помогите им. Пожалуйста. Мы оба знаем, что не всё измеряется статьями.
Вдруг получится.
Взгляд прокурора метнулся в сторону окна. Там, за стеклом, находилась та, которую он не смог удержать. Та, ради которой он однажды стал другим человеком. Майя.
Когда-то она нуждалась в нем. А он не смог дать ей ничего. Тогда она ушла.
— Вдруг-вдруг.... — пробормотал он, засовывая воспоминания поглубже.
С этими словами он достал телефон, нашел нужный контакт и протянул Степану экраном вверх.
— Следователь. Молодой, но принципиальный. Начните с него.
