— Но вам, я думаю, не привыкать. Вы же любите копаться в чужом белье.
— Как ты смеешь со мной разговаривать в подобном тоне?!
Она буквально рычит, и я вижу, как дергается жилка на ее лбу.
— С чего вы взяли, что я должна оказывать вам какие-то почести после того, как вы попытались выпотрошить мой чемодан, когда я забирала свои вещи? Обозвали меня воровкой. Вы что, к своим годам так и не поняли, что люди будут относиться к вам так же, как вы относитесь к ним? Вы тут не дворянка, а я не ваша служанка, чтобы преклоняться перед вами.
Это вы ко мне пришли, так что будьте добры вести себя подобающе. И не смейте оскорблять меня при моем же ребенке! Иначе я вышвырну вас из своей квартиры. Надо будет, вызову полицию и подниму такой шум, что вас каждая собака будет знать в моем районе.
Это то, чего так сильно боится бывшая свекровь.
Я чувствую облегчение, выплеснув на нее все эмоции и слова, которые держала в себе все эти годы.
Она же явно испытывает шок, открывает и закрывает рот, не в силах что-либо сказать.
А я, наконец, ощущаю себя свободной. Непередаваемое чувство, от которого я больше не готова отказаться.
Глава 13
Есения Андреевна молчит, потеряв дар речи, и не знает, что сказать на мою тираду.
Раньше, будучи в браке с Гордеем, я никогда не позволяла себе разговаривать с ней в подобном тоне, поэтому она опешила. Я более чем уверена, что она ехала сюда в полной уверенности, что поставит меня на место, и я буду молчать, выслушивая ее гневную речь, как и прежде.
— Выпотрошить чемодан, мама? — вдруг задает вопрос Гордей, смотря на маму таким взглядом, словно видит ее впервые.
Меня больше всего удивляет, что он даже не ставит под сомнение мои слова.
— Гордей? Ты что, веришь ей? — ахает Есения Андреевна и поджимает губы, впервые, видимо, оказавшись в такой ситуации, когда сын смотрит на нее так, будто разочарован."
"— Ты знаешь, раньше я верил в то, что очень многие люди наговаривают на тебя, так как ты человек прямолинейный, но за прошедшие годы я осознал, что и ты не ангел. Не забывай, что однажды я застал тебя за тем, как ты рылась в наших шкафах.
Я едва не ахнула, услышав это откровение, но молчу и слушаю дальнейший разговор сына с матерью.
— Я же тебе всё объяснила! Я просто искала, не принимает ли Анфиса противозачаточные таблетки!
— Твои подозрения не дают тебе повода лезть в чужое личное пространство.
— Зато теперь, возможно, я была права, и ты видишь это сам. У тебя уже есть сын, а это значит, что проблема не в тебе, а в Анфисе.
