Бояре поспешили плюхнуться обратно на лавки и вперили глаза в потолок с видом агнцев невинных.
— А я ведь вас уже предупреждала. Сколько можно поклепов на царского сплетника возводить? Опять начинаете? А уж не вы ли за изменой на Руси стоите?
Тут уже боярская дума конкретно затрепетала.
— Не совсем так, царица-матушка, — приоткрыл глаза Виталик, сунул руку под шубу и выудил оттуда пухлую папку. — У меня тут на всех досье есть. За исключением двух-трех порядочных бояр, особо в криминале и измене не замешанных, здесь половина дураков…
— Ну, это не новость, — хмыкнула царица.
— А вторая половина?
— Куплена, — лаконично ответил царский сплетник.
— И хорошо куплена? — оживился Гордон.
— Думаю, половину годового бюджета Руси мы с них стрясем, — успокоил державного Виталик.
— Отец родной! — плюхнулся в ножки сплетнику Малюта, непременный участник всех заседаний боярской думы. — Благодетель! Дай почитать! — Трясущиеся руки палача потянулись к папке. — Я со своим испанским сапогом из них годовой бюджет выбью!
— Куда лапы тянешь! — треснул его посохом по лбу Виталик.
— Маньякам секретную документацию читать нельзя.
— Фу-у-у… — с облегчением выдохнула как минимум половина думы и тут же заголосила:
— Да какой он изменник?!
— Правильным путем идешь, сплетник!
— Только скажи, и мы все как один на борьбу с ворогами земли Русской встанем!
— Как такой святой человек мог Надышкина убить?
— Конечно, не мог, он в это время со мной чай пил! — войдя в раж, заявил какой-то боярин.
Дурной пример заразителен.
Половина думы тут же начала обеспечивать Виталику алиби. А один вообще догадался заявить, что царский сплетник в это время к его дочери сватался.
— Ну, ты ври, да не завирайся, — вскинулся Виталик.
— Но ты же намекал…
— Я те ща посохом-то намекну!
Тут в зал вошел дьяк посольского приказа.
— Царь-батюшка, к вам срочно просится на прием Климент Четырнадцатый.
— Епископ?
— Он.
— Зови.
Боярская дума, радуясь перемене темы разговора, тут же угомонилась. В зал заседания боярской думы вошел Климент XIV, в миру Варфоломей Виссарионович.
Он был так взбешен, что с ходу разразился гневной тирадой:
— Ваше царское величество, меня предупреждали, что я еду в варварскую страну, но я даже не подозревал, насколько варварскую. Меня только что ограбили! Прямо в костеле, под образами святых!
— Кто посмел? — нахмурился Гордон.
— Какой-то местный криминальный авторитет."
"— А конкретнее можно? — подал голос Виталик, сдвигая посохом шапку на затылок.
